Девочка Айкануш, или Найдите 10 сходств
Азербайджанцы и армяне: избавиться от «образа врага»
Художница с помощью анимации хочет показать степень сходства между армянским и азербайджанским народами и помочь им избавиться от «образа врага».
Фидан Ахундова – художница из Баку, живущая в Берлине. Сумев лишь недавно полностью избавиться от стереотипов об армянах, она решила помочь другим пройти тот же путь. Сейчас Фидан работает над анимационным проектом, призванным показать азербайджанцам и армянам, как много между ними общего.
![Азербайджанцы и армяне: избавиться от «образа врага». Иллюстрация Фидан Ахундовой](https://jam-news.net/app/uploads/2022/03/273570312_683718892990038_3170429642924346206_n.jpg)
«Как и большинство азербайджанцев, чье детство пришлось на 1990-е годы, я очень много слышала о том, как жестоко, варварски убивали жителей Ходжалы. В школе и по телевизору я видела кадры, запечатлевшие те события, слушала чудовищные рассказы взрослых. (https://treehouselodge.com/)
Нельзя сказать, что это взрастило во мне ненависть, но предубеждение все же сформировалось.
Живя в Баку, я никогда не встречалась с армянами, не общалась с ними и вообще понятия не имела, что представляет собой современная Армения и тамошние люди. И если где-то в интернете я видела фамилию с окончанием на «-ян», то непроизвольно испытывала неприятие и страх на грани паники.
Ходжалы — город, населенный азербайджанцами, где в 1992 году, во время первой карабахской войны, были убиты, по официальным данным азербайджанской стороны, более 600 жителей города (485 по версии независимых источников), сотни — ранены или попали в плен. Согласно позиции армянской стороны, ходжалинская резня была организована азербайджанской оппозицией для свержения власти. Трагедия используется как аргумент азербайджанскими сторонниками «вендетты» между двумя народами. С армянской стороны ей противопоставляют армянскую резню в азербайджанском городе Сумгаите в 1988 году, а также армянские погромы в Баку в 1990 году. Подробнее об этом можно прочесть здесь.
Впервые я всерьез задумалась о конфликте и сделала попытку проанализировать ситуацию лет в двадцать, когда подрабатывала уроками рисования в детском кружке. Как-то раз – это было в феврале вскоре после очередной годовщины ходжалинской трагедии – одна из моих учениц пришла на урок очень мрачная и прямо с порога заявила, что ненавидит армян, «потому что они убивали наших детей».
Я понимала, где она этого набралась: наверняка, ей в детском саду рассказали, кто такие армяне и как к ним «нужно» относиться. Но слышать такое от пятилетней девочки было очень неприятно и пугающе.
И тогда я, поддавшись какому-то порыву, стала на ходу придумывать и рассказывать ей историю о некой девочке Айкануш, у которой такие же кудряшки и темные глаза и она тоже учится рисовать, мама читает ей книжки перед сном. И в конце добавила, что эта девочка, так похожая на нее саму, живет в Армении.
Вряд ли это возымело особый эффект, но я надеюсь, что сумела хоть немного поколебать в ребенке убежденность, что все поголовно армяне – изверги и убийцы, которых надо ненавидеть.
Да и для меня самой истинное осознание этого было еще впереди.
В 25 лет я переехала по стипендии в Германию. Сперва окончила магистратуру по художественной специальности, потом поступила на педагогический факультет. Однажды на встрече стипендиатов я случайно разговорилась с русскоязычной девушкой. Которая оказалась армянкой.
Когда выяснилось, кто есть кто, она очень напряглась, да и я была в смятении. Но все же нам удалось сгладить ситуацию и мирно разойтись.
Это был мой первый опыт общения с «настоящими» армянами. В следующий раз такая возможность представилась лишь через несколько лет.
Когда началась вторая карабахская война, я места себе не находила. Пусть родина не удовлетворяла многих моих духовных потребностей, пусть я уехала оттуда и мне хорошо в Берлине, но все равно в такие моменты невозможно оставаться равнодушной. Слишком больно от мысли, что кто-то там сейчас гибнет, страдает, боится.
Обо всем этом хотелось с кем-то поговорить, и подруга посоветовала мне одну группу в Facebook, в которой армяне и азербайджанцы общаются, что называется, «по-человечески».
Я вступила в ту группу, и это очень хорошо «проветрило» мне сознание. Например, я узнала, что некоторые страшные мифы, которые навязывала нам пропаганда в Азербайджане — не более, чем мифы. А армяне, в свою очередь, узнавали от азербайджанцев какие-то подробности той же ходжалинской трагедии, которые прежде были им совершенно неизвестны.
Обсуждая прошлое, сравнивая имеющиеся у нас сведения, узнавая неприятные для нас факты (они – про Ходжалы, мы – про сумгаитские погромы), мы все отчетливее понимали, что, во-первых, два наших народа попросту стравили те, кому это было выгодно. А во-вторых, что нельзя просто сваливать всю вину на другую сторону и замыкаться в отрицании.
![Азербайджанцы и армяне: избавиться от «образа врага». Иллюстрация Фидан Ахундовой](https://jam-news.net/app/uploads/2022/03/273581577_4415759345197491_3443189221232469207_n.jpg)
Ходжалинская трагедия – это очень тяжелая травма для азербайджанцев. Но нельзя возводить в культ неприязнь к целому народу за то, что учинили тогда националисты.
С несколькими армянками из этой группы мы даже встретились вживую здесь, в Берлине. И я увидела замечательных девушек, с которыми у меня масса точек пересечения. Фактически я встретила ту самую девочку Айкануш, которую сама когда-то придумала.
После этого с моих глаз окончательно упала пелена пропаганды, и растаял «образ врага».
Так и возникла идея сделать анимацию и на примере двух семей – армянской и азербайджанской – и показать схожесть двух народов. Я собираю информацию об армянском обществе, о повседневной жизни людей и провожу параллели с азербайджанцами.
По идее, зрителю должно открыться даже не окно, а, скорее, зеркало, глядя в которое, он поймет, насколько мы похожи друг на друга, насколько схожие у нас проблемы, схожая ментальность, хотя мы в упор этого не замечаем.
Процесс создания анимации очень трудоемкий, а я все делаю сама, так что займет это, наверное, года два. Для меня это отчасти еще и попытка заглушить чувство вины, которое я испытываю за то, что живу вполне благополучной жизнью в Берлине в то время, как у моих соотечественников в Азербайджане множество проблем самого разного характера, включая войну.
Единственная лепта, которую я могу внести в разрешение карабахского конфликта, – это мое творчество. Хотя, конечно, искусство – будь то анимация, книги или что еще – не способно решить такого рода конфликт.
Творческие люди занимаются этим, прежде всего, для себя. В самом лучшем случае, их творчество заставит задуматься сотню людей. Но не более того.
Решить конфликт могут только политики, а на их счет у меня нет особых иллюзий. Да и государственная пропаганда всегда будет сильнее маргинальных миротворческих проектов.
Но опять же, я делаю то, что могу, потому что хочу сделать хоть что-то. В первую очередь – для себя самой. Если же это повлияет на кого-то еще, то тем лучше».
Эта история – часть медийного проекта «Траектории». Он рассказывает о людях, чьи жизни были затронуты конфликтами на Южном Кавказе. Проект работает c авторами и редакторами со всего Южного Кавказа и не поддерживает ни одну из сторон ни в одном конфликте. За публикации на этой странице несут ответственность авторы. Топонимы в большинстве случаев используются так, как это принято в обществе автора. Проект осуществляют организации GoGroup Media и International Alert при поддержке Европейского Союза.