Кто хочет и кто не хочет ехать в Карабах на два часа и почему?
Автобусные экскурсии в Карабах из трех азербайджанских городов начались 24 января. Билеты активно раскупают, сообщают местные медиа. Продано около 400 билетов, сообщает агентство Report, все билеты до 15 февраля.
Экскурсии проходят в строго определенном порядке: поехать в Карабах можно без ночевки и только гражданам старше 18 лет. Получается 12 часов в дороге и около двух часов в месте назначения.
Пассажиров будет все время сопровождать полиция.
Шуша (Шуши) и Агдам — города, которые вернулись под контроль Азербайджана после второй карабахской войны (27 сентября-10 ноября 2020 года). Все азербайджанское население было вынуждено покинуть Карабах и эти районы после первой карабахской войны в начале 1990-х. Экскурсии — это первая возможность для жителей Азербайджана побывать в этих местах за последние более 30 лет.
Очень многие в Азербайджане рады любой возможности побывать в Карабахе, и никакие условия их не смущают. Например, финансист Наталия Ефисова говорит, что давно об этом мечтала:
“Я очень долго ждала этого и сделаю обязательно. Хотя и не в ближайшее время – пусть станет поспокойнее. Мины и возможные перестрелки все же пугают.
Тем более нам хочется поехать всей семьей, включая моего маленького племянника. Он ждет не дождется, когда попадет в Карабах – много слышал о нем и дома, и в школе.
Надеюсь, в обозримом будущем удастся исполнить и его, и свою мечту».
![](https://jam-news.net/app/uploads/2022/01/bus_AZ.png)
Но немало и тех, кто на экскурсию ехать не хочет — по самым разным причинам. Мы расспросили таких людей, чем они аргументируют свой выбор.
Орхан Султанов, фотограф:
«Думаю, я понимаю, для чего придуманы эти поездки. В случае с Агдамом – наверное, для того, чтобы показать людям царящую там разруху после 30 лет под контролем армянской стороны, пока эта разруха еще есть. А Шушу, видимо, пробуют в качестве будущего центра туризма.
Странно, конечно, что нельзя будет там переночевать. Могли бы хоть в Шуше позволить остаться на ночь. Но это меня не смущает. Как не смущает и перспектива ехать в сопровождении полиции. А вот то, что полиция эта, скорее всего, не позволит фотографировать – это лично для меня большая проблема. Тем более, что с такими запретами на каждом шагу сталкиваешься даже в Баку.
Мне как фотографу хочется поехать в Карабах именно для того, чтобы сделать выразительные и исторически важные кадры, пока там не построили совсем новые города. Я не хочу ехать через всю страну, чтобы мне сказали — смотреть можно, а фотографировать нельзя.
И ведь нигде нет полного списка того, что можно, а что нельзя будет делать во время этих поездках. И это – самый большой недочет”.
Араз Нариманов, преподаватель физики:
«Конечно, мне очень хочется увидеть Карабах. Увидеть его природу – я вообще люблю горы и леса, часто езжу по районам Азербайджана в этакие любительские «экспедиции», побывал почти везде, кроме той части. Хочется ближе познакомиться с культурой Карабаха. И лучше понять его трагедию.
Но только не сейчас, не в рамках государственной пропаганды. А эти автобусные экскурсии – ничто иное, как пропаганда. Часть неумелой и нарочитой пропаганды, попытка властей пустить пыль в глаза собственному народу. Не желаю в этом участвовать. Тем более, что я был категорически против второй карабахской войны.
Кстати, в детстве, лет в пять-шесть, я успел побывать в Ереване. Это было в середине 1980-х, незадолго до того, как разгорелся конфликт. А вот в Карабахе никогда не был.
Надеюсь, что доживу до того дня, когда этот конфликт как-то решится, по-настоящему, а не так, как сейчас. И я смогу поехать в те места и увидеть там армян и азербайджанцев, которые живут вместе, как когда-то».
Шахин Рзаев, политический обозреватель:
«Я бывал в Шуше в августе 1998 года, вместе с группой журналистов мы летели на вертолете из Армении. Эта поездка оставила очень гнетущее впечатление, потому что передвигаться приходилось под присмотром охраны и снимать только то, что разрешали.
После той поездки я дал слово, что не поеду в Шушу, пока туда не вернутся шушинцы. И хотя сегодня город освобожден, я не хочу ехать туда ради сэлфи на фоне крепостных ворот.
Я надеюсь поехать и в Агдам, и в Шушу, но только в гости к своим друзьям. И чтобы никто не ограничивал мою свободу, в том числе и наши спецслужбы.
Что же касается самих ограничений, то запрет на ночевку, в принципе, понятен – ночью труднее контролировать и присматривать за всеми. Вдруг кто на мину нарвется или под шальную пулю попадет».
Нармин Шахмарзаде, гендерная активистка:
«Дело в том, что, по сути, власти воспользовались этими территориями для того, чтобы играть на чувствах множества людей. Сколько человек погибли, сколько стали инвалидами. А правительство продолжает использовать эти земли в своих интересах.
На мой взгляд, те, кто теперь будет ездить туда, фотографироваться и публиковать эти фото в соцсетях, косвенным образом поддерживают политику и милитаристскую пропаганду властей. Собственно, именно ради этого и затеваются эти экскурсии.
Таким образом нам вновь пытаются внушить, что «война была необходима». Но я ничем не могу оправдать гибель и увечья стольких людей. И это убеждение не позволяет мне ездить на такие экскурсии. Это слишком противоречит моим взглядам».
Эта история – часть медийного проекта «Траектории». Он рассказывает о людях, чьи жизни были затронуты конфликтами на Южном Кавказе. Проект работает c авторами и редакторами со всего Южного Кавказа и не поддерживает ни одну из сторон ни в одном конфликте. За публикации на этой странице несут ответственность авторы. Топонимы в большинстве случаев используются так, как это принято в обществе автора. Проект осуществляют организации GoGroup Media и International Alert при поддержке Европейского Союза.