Комиссар Совета Европы по правам человека представил позицию третьей стороны по делу о законе FARA в Грузии
По информации «Ассоциации молодых юристов Грузии» (GYLA), Комиссар Совета Европы по правам человека Майкл О’Флаэрти обратился в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) в качестве третьей стороны в деле о грузинском законе «О регистрации иностранных агентов» (FARA).
Комиссар представил суду письменное заключение, которое, по заявлению GYLA, не ограничивается только оценкой самого закона, но и охватывает законодательные изменения, принятые в Грузии за последние два года.
О’Флаэрти призывает правящую партию «Грузинская мечта» обеспечить свободную и безопасную рабочую среду для гражданского сектора страны в соответствии с международными обязательствами.
Принятый «Грузинской мечтой» закон FARA вступил в силу 31 мая 2025 года. По утверждению властей, он скопирован с аналогичного закона, действующего в США. Однако грузинский вариант FARA нацелен на гражданское общество и медиа и ограничивает их деятельность, в частности — возможность сотрудничать с иностранными фондами и организациями.
По информации GYLA, Майкл О’Флаэрти считает, что принятие этого закона является частью ограничений, направленных против гражданского общества, и негативно отражается на деятельности медиа и тех неправительственных организаций, которые работают по вопросам прав человека, демократии и верховенства права.
По его оценке, положения закона не соответствуют установленным Европейской конвенцией по правам человека требованиям законности, легитимности, необходимости и пропорциональности, касающимся свобод выражения мнений и объединений. Комиссар также указывает на принцип запрета дискриминации.
По оценке комиссара, закон содержит туманные формулировки и слишком широко трактует понятие «политической деятельности». По его словам, это усложняет проведение грани между легитимным международным сотрудничеством и иностранным вмешательством и оставляет неясным, на кого конкретно распространяются требования закона.
Комиссар также отмечает, что данный закон создает режим жесткого административного контроля, который, по его оценке, своей строгостью приближается к российским законам об «иностранных агентах». За умышленное нарушение правил законом предусмотрена уголовная ответственность, в том числе лишение свободы на срок до 5 лет.
По его же оценке, термин «агент» имеет негативную окраску в общественном восприятии, из-за чего вступление закона в силу способствует стигматизации гражданского сектора. Комиссар также указывает на кампанию со стороны властей по упоминанию неправительственных организаций и правозащитников в качестве «врагов государства».
По мнению Комиссара, закон касается конкретных физических и юридических лиц из-за их иностранного финансирования, что создает неравное обращение. Опираясь на эти обстоятельства, Комиссар предполагает, что Европейский суд может счесть принятие закона частью тех широких ограничений, целью которых является запугивание критически настроенных к власти организаций и дискредитация гражданских активистов.
Комиссар не рассматривает FARA «О регистрации иностранных агентов» отдельно, а оценивает его в совокупности с другими законодательными изменениями, принятыми в Грузии за последнее время.
Он напоминает, что примерно за принятия до принятия этого закона в силу вступил закон «О прозрачности иностранного влияния», который обязывает организации и СМИ с иностранным финансированием регистрироваться в качестве «организаций, проводящих интересы иностранной силы».
Комиссар подчеркивает, что оба закона сейчас действуют одновременно.
Также он говорит о том, что 1 апреля 2025 года грузинский парламент внес изменения в 14 различных законов, отменив, кроме прочего, обязательное участие гражданских организаций в процессе принятия публичных решений.
В тот же день изменениями в законе «О вещании» «иностранным силам» было запрещено прямое или косвенное финансирование аудиовизуальных вещателей и закупка у них услуг. Вместе с тем расширились полномочия Национальной комиссии по коммуникациям, в том числе в части вынесения предупреждений, наложения штрафов и приостановления или аннулирования лицензий.
Комиссар также указывает на изменения, поэтапно внесенные в закон «О грантах». Согласно изменениям от 16 апреля 2025 года, иностранным донорам для выдачи гранта требуется разрешение грузинского правительства, а получение несанкционированного гранта влечет за собой штраф в двукратном размере от суммы гранта.
12 июня 2025 года понятие гранта было расширено — в него вошла и техническая помощь, включая передачу технологий, знаний и экспертизы.
А поправками от 4 марта 2026 года в определение гранта была включена любая денежная или материальная помощь, которая может быть использована для оказания влияния на власть или общество. Вместе с тем разрешение правительства потребовалось и для выдачи грантов тем зарегистрированным за рубежом юридическим лицам, чья деятельность связана с Грузией.
Теми же поправками в Уголовном кодексе и Кодексе об административных правонарушениях была установлена административная ответственность коммерческих субъектов за «политическую деятельность», а за повторное совершение того же действия — уголовная ответственность.
За нарушение закона «О грантах» предусмотрено до шести лет лишения свободы, а за отмывание денег в целях «политической деятельности» — до 12 лет лишения свободы.
Комиссар также отмечает изменения в органическом законе «О политических объединениях граждан». Согласно новым правилам, членство в политической партии было запрещено лицам, трудоустроенным в организациях, более 20% годового дохода которых поступает из иностранных источников. Запрет действует в течение восьми лет с момента прекращения рабочего контракта.
Изменениями, принятыми 26 июня 2025 года, было изменено и определение клеветы в законе «О свободе слова и выражения», а бремя доказывания перешло с истца на ответчика. По оценке комиссара, это изменение может способствовать самоцензуре.
Комиссар также указывает на изменения в законодательстве, связанные с протестами и свободой собраний. По его словам, парламент в сжатые сроки и без надлежащих консультаций с гражданским обществом и Народным защитником принял несколько законов, которые существенно ограничили свободу собраний.
По оценке комиссара, для здоровой демократии жизненно важно эффективное содействие роли и деятельности организаций гражданского общества. По его словам, права на свободу объединений и выражения мнений должны быть защищены в законодательстве и практике государств-членов Совета Европы.
Комиссар также отмечает, что обязательство по созданию и поддержанию безопасной и благоприятной среды для гражданского общества и правозащитников, чтобы они могли беспрепятственно осуществлять свою деятельность, подтверждено и в Рейкьявикской декларации, принятой в мае 2023 года.
По его оценке, законодательные изменения, проведенные в Грузии за последнее время, противоречат этим принципам и создают угрозу для демократии.
Комиссар призывает «Грузинскую мечту» обеспечить свободную и безопасную рабочую среду для гражданского сектора в соответствии с международными обязательствами.
