"Все давно понимали, что коммунизм уже никогда не победит" - фотоистория из советского Тбилиси
“Из моей советской жизни” — истории тбилисского фотографа Гиорги Цагарели, часть третья.
![](http://jam-news.net/Uploads/Publication/1859/ContentImages/Ru-ru/002.jpg)
В один из последних пролетарских праздников, который отмечался в Грузии, я, работая в молодежной газете, получил задание подготовить репортаж о грядущем мероприятии.
Эти приевшиеся праздники, которые окружали нас с детства и радовали только в детстве, воспринимались как рядовое событие, и особого энтузиазма у меня эта съемка не вызвала.
Тем не менее, получив накануне пропуск для прессы, я с раннего утра занял позицию на площади Республики.
![](http://jam-news.net/Uploads/Publication/1859/ContentImages/Ru-ru/003.jpg)
Не могу сказать, что я скучал: парад войск и демонстрация трудящихся — вещи довольно динамичные. После того, как прошли войска тбилисского горнизона, площадь опустела, и у ее кромки начала формироваться первая колонна трудящихся.
Вдруг во мне будто что-то щелкнуло. Еще толком не осознавая смысл увиденного, но уже понимая, что я делаю что-то крамольное, я вышел на середину площади и начал снимать этих маленьких людей, держащих эти большие буквы, которые составляли абсолютно нереальное утверждение.
![](https://jam-news.net/app/uploads/2021/01/001-1024x668.jpg)
Все давно понимали, что коммунизм уже никогда не победит, но по инерции коммунистические лозунги воспринимались как обязательное дополнение, правда, не обязательные к исполнению.
Стоя на середине площади у всех на виду, я вдруг ощутил легкий озноб от страха. Мне показалось, что вот сейчас ко мне подойдут, возьмут за локотки и спросят: «Что это ты тут снимаешь, друг наш сердечный?» — настолько анекдотичность ситуации, которая разворачивалась передо мной, бросалась в глаза.
Но, видимо, она бросалась только мне в глаза. Никто ко мне не подошел.
Я благополучно закончил съемку, но этот снимок я напечатал только через несколько месяцев, настолько глубоко во мне сидела эта совковая внутренняя цензура, от которой я избавлялся очень долго.