Активист на суде в Азербайджане: «Если бы я был преступником, не пользовался бы госбанком»

Арест в Азербайджане активистов за гранты

Руководитель Гянджинского регионального общественного центра Асеф Ахмедов, арестованный в апреле 2025 года в рамках «дела против неправительственных организаций», направил в JAMnews свой письменный ответ на обвинительное заключение. Изначально он представил это письмо в Гянджинском суде по тяжким преступлениям.

В этом заявлении Асеф Ахмедов решительно отвергает все выдвинутые против него обвинения.

«Дело против НПО» в Азербайджане включает больше десяти уголовных процессов против активистов гражданского общества и руководителей местных и международных организаций. Их обвиняют в уголовных преступлениях, связанных с получением международного финансирования и мошенничеством. Некоторые уже приговорены к длительным срокам заключения, в отношении других процессы продолжаются. Никто из арестованных не принимает обвинения, все заявляют о преследовании по политическим мотивам.

Асеф Ахмедов отвергает выдвинутое против него обвинение о якобы попытке скрыть грантовый договор с донорской организацией, заключив вместо него договор об оказании услуг. Ахмедов заявил, что выбор типа договора является его правом в соответствии с законодательством страны, и ни один следователь не может это определять за него.

Ахмедов также привлек внимание к тому, что из десятков людей, занимающихся аналогичной деятельностью по договору об оказании услуг, к уголовной ответственности привлекают только его. Он назвал это «избирательным преследованием».

Также Асеф Ахмедов назвал абсурдным выдвинутое против него обвинение в участии в «преступной группе». Он заявил, что это обвинение может быть опровергнуто его тяжелым финансовым положением, в частности, теми фактами, что он заложил в ломбард обручальные кольца, и имеет долги по кредитам и ипотеке.

Активист указывает на предвзятый подход следствия: при тщательной проверке банковских счетов его семьи следствие не отразило в обвинительном заключении его финансовые трудности.

Он заявил, что считает криминализацию своей общественной деятельности нарушением закона и требует от суда не милосердия, а справедливости.

Кто такой Асеф Ахмедов?

В апреле 2025 года в Азербайджане в рамках новой волны арестов по масштабному уголовному делу, известному как «дело НПО», был задержан также Асеф Вахид оглу Ахмедов. По решению Бинагадинского районного суда города Баку он, наряду с социальным работником и правозащитником Замином Заки и другими лицами, был арестован на три месяца. Позднее этот срок неоднократно продлевался. Следствие в отношении него было завершено в октябре 2025 года, после чего дело направили в суд.

Асеф Ахмедов на протяжении многих лет занимается общественной деятельностью в Гянджинском регионе. Он является руководителем Гянджинского регионального общественного центра. В 2011 году он стал известен как координатор Гянджинского отделения Центра мониторинга выборов и обучения демократии и в тот период давал комментарий «Радио Свобода» по поводу выселения офисов НПО по указанию «сверху».

В то же время он исполнял обязанности директора средней общеобразовательной школы в поселке Институт Самухского района. Асеф Ахмедов известен участием в местных инициативах, социальных проектах и правозащитной деятельности. В открытых источниках немного подробной биографической информации о нем: он не является публичной фигурой общенационального масштаба, однако известен на региональном уровне. До ареста он в основном занимался развитием местных сообществ и социальными вопросами в рамках проектов НПО.

Почему он был арестован? Каковы официальные обвинения?

Следственное управление Генеральной прокуратуры в рамках «дела НПО» предъявило ряду руководителей и активистов НПО обвинения по статьям 193-1.3.2 (легализация имущества, полученного преступным путем, в крупном размере), 308.2 (злоупотребление должностными полномочиями, повлекшее тяжкие последствия) и 313 (служебный подлог) Уголовного кодекса.

В частности, Асефу Ахмедову вменяется, что в 2022–2024 годах он незаконно оформил не менее 105 423 маната (прим. 62 000 $) средств гранта, полученных от Германского фонда Маршалла США и организации Family Health International (FHI360), под видом «договора об оказании услуг», не зарегистрировав эти средства в установленном порядке. По версии следствия, по аналогичной схеме было легализовано около 700 тысяч манатов (прим. 412 000 $).

Суть дела заключается в том, что ряд НПО и физических лиц получали гранты от международных донорских организаций (USAID, Transparency International, East-West Management Institute, Mercy Corps и др.), однако не регистрировали их в предусмотренном законом порядке. Прокуратура расценивает это как донорскую деятельность без государственной регистрации и отмывание денег. Асеф Ахмедов не признает обвинения.

Более широкий контекст «дела НПО»

Это уголовное дело связано с более масштабным расследованием, начатым в предыдущие годы и впоследствии активизированным, в частности после решений, касавшихся USAID.

К делу также привлечены Мамед Алпай (Мамедзаде), Башир Сулейманлы, Галиб Байрамов (брат депутата Вугара Байрамова), Наргиз Мухтарова, Айтадж Агазаде (основательница инициативной группы поддержки женщин «Айна», объявлена в розыск), Субхан Гасанов (руководитель НПО, объявлен в розыск) и другие.

Одни из них арестованы, другие находятся под домашним арестом или полицейским надзором. Независимые медиа и правозащитники оценивают это дело как системное давление на НПО, получающие иностранное финансирование.

Публикуем судебное выступление Асефа Ахмедова без изменений:

Закон дает мне право самому выбирать, какой договор заключать с другой стороной (организацией). Я выбрал не «грант», а «договор об оказании услуг». Это мое конституционное право, и ни один следователь не может определять за меня тип договора. При чтении обвинительного заключения у меня возник вопрос: следствие отменило принцип свободы договора, закрепленный в статье 390 Гражданского кодекса?

Обращаюсь к стороне обвинения: почему из 25 человек, работавших по одному и тому же договору и в одинаковых условиях, к уголовной ответственности привлечен и арестован только Асеф Ахмедов? Какова правовая основа такого избирательного преследования? Кому это нужно? Почему меня представляют как «члена преступной группы», тогда как сотрудничество с другими не считается преступлением?

Если следствие даже не знает, с кем именно я якобы был связан в группе, то как оно определило, что эти лица объединились со мной с «преступным умыслом»? «Сговор» с неизвестными лицами является не юридическим документом, а художественной фантазией.

Преступления, совершаемые группой лиц, как правило, совершаются ради крупной прибыли. Вы утверждаете, что я, объединившись с неизвестными лицами, легализовал сотни тысяч манатов. Если существует такая организованная группа и такие большие деньги, почему я был вынужден заложить обручальные кольца, чтобы оплатить обучение своего ребенка? Какой член преступной группы закладывает золото и берет кредит под проценты? Этот факт полностью разрушает вашу сказку об «организованной преступной группе».

Для легализации имущества, полученного преступным путем, участники должны осознавать, что деньги имеют преступное происхождение. Если бы моей целью было нарушение закона, почему я пользовался официальным банковским счетом, находящимся под прямым государственным мониторингом, и заплатил 13 200 манатов (прим. 7800 $) налогов? Ни один преступник не пользуется счетами, находящимися под прямым государственным мониторингом.

Еще раз подчеркиваю: общественная деятельность, инициативы по развитию сообществ и гражданскому участию, а также просветительская работа и оказание правовой помощи населению не могут считаться преступным умыслом.

Попытка незаконно криминализировать деятельность общественного объединения и активиста гражданского общества является нарушением как национального законодательства, так и международных правовых документов, к которым присоединился Азербайджан. В соответствии с ними общественные объединения имеют право осуществлять свою деятельность независимо от факта регистрации. В этих целях они могут организовывать мероприятия, реализовывать проекты, а также искать, получать и принимать финансовые ресурсы для продвижения своей деятельности.

Таким образом, как следует из обвинительного заключения, следственная группа предвзято и безосновательно криминализировала суть моего сотрудничества с международной организацией, представив его как преступное деяние, фактически подготовив обвинение, способное нанести ущерб репутации Азербайджана на международной арене.

Следователь направил массовые запросы для проверки банковских счетов, открытых на мое имя и на имена всех членов моей семьи. Если ознакомиться с материалами дела, можно увидеть, что следователь буквально под лупой изучал даже выписки по студенческой стипендии моего ребенка в размере 85 манатов (прим. 50 $) в месяц, которую он получал от государства во время обучения на бакалавриате, и приобщил их к материалам дела. Однако тот же следователь полностью проигнорировал и намеренно не включил в обвинительное заключение важнейшие факты из официальных ответов банков о том, что мое жилье находится в ипотеке, у меня есть действующие кредитные обязательства, а наши обручальные кольца заложены в ломбарде.

Считаю, что обвинительное заключение в отношении меня было подготовлено в намеренно искаженном виде. Я не признаю себя виновным ни по одной статье Уголовного кодекса. Как учитель я всегда занимался полезной для общества деятельностью. Я вносил вклад в формирование нового поколения как личностей, уважающих права и свободы человека, знающих свои права и умеющих их отстаивать.

Я прошу у вас не милосердия, а справедливости! Основой государства должны быть право и справедливость. Без этого у государства не может быть прочного фундамента. Доверие к государству строится на вере в право, справедливость и истину. Именно в ваших руках, судьи, создать эту веру или разрушить ее. Гражданин государства без независимого суда не может быть счастлив.

Арест Асефа Ахмедова в Азербайджане