Грузинские НКО подадут в Конституционный суд иск против закона «об иноагентах»
Сегодня, 17 июля, 121 неправительственная и медиаорганизация Грузии подадут в Конституционный суд иск, чтобы оспорить закон «об иноагентах». Также, по их словам, они намерены подать жалобу в Европейский суд по правам человека.
«Принимая закон «об иноагентах», правительство создает враждебную среду, в которой пользование различными правами, включая свободу объединений и выражения мнений, рискованно и опасно.
Мы приветствуем решение президента Грузии и членов парламента обратиться в Конституционный суд. Статья 78 конституции [которую нарушает этот закон] представляет собой краеугольный камень евроатлантической интеграции Грузии.
Надеемся, что Конституционный суд Грузии в кратчайшие сроки рассмотрит ходатайство о приостановлении действия этого закона.
Мы еще раз повторяем, что будем использовать все национальные и международные механизмы, чтобы остановить и воспрепятствовать действию этого закона вплоть до его полной, окончательной отмены», — говорят представители гражданского общества.
Два иска в Конституционном суде против закона «об иноагентах»
Согласно статье 78 конституции Грузии [поправка была внесена в 2017 году в условиях «Грузинской мечты»], которая касается «интеграции страны в европейские и евроатлантические структуры», конституционные органы в пределах своих полномочий державы должны принять все меры для обеспечения полной интеграции Грузии в Европейский Союз и Организацию Североатлантического договора.
Ранее президент Грузии Саломе Зурабишвили и часть оппозиции также заявили, что будут обжаловать закон «об иноагентах» в Конституционном суде. Их иски будут поданы в конце июля.
Это станет первым случаем, когда президент оспаривает закон в Конституционном суде.
Что следует знать про закон «об иноагентах» в Грузии:
● Закон «О прозрачности иностранного влияния» был инициирован правящей партией «Грузинская мечта» и принят парламентом в третьем чтении 28 мая 2024 года.
● Парламент принял этот закон, несмотря на многотысячные акции протеста, настойчивые призывы западных партнеров Грузии и заключение Венецианской комиссии Совета Европы.
● После принятия закона США объявили первый пакет санкций против правительства «Грузинской мечты». Госсекретарь Энтони Блинкен предупредил, что «проведет всесторонний пересмотр сотрудничества США и Грузии».
● Ответные меры принял также Евросоюз. В начале июля ЕС остановил 30 миллионов евро помощи Грузии и предупредил, что будут и другие меры. Ранее высокопоставленные европейские чиновники неоднократно указывали на то, что этот закон отдаляет Грузию от ЕС.
● 11 июля Комитет Конгресса США по международным отношениям принял «Акт Мегобари», который предусматривает санкции против тех, кто способствовал принятию закона «об иноагентах».
Главный аргумент грузинского правительства заключается в том, что схожие законы действуют в США и ряде европейских стран, включая Францию. По словам «Грузинской мечты», каждая страна имеет право защищать себя от иностранного влияния и требовать прозрачности от своих организаций.
Однако это сравнение некорректно, потому что:
Американский закон FARA (Foreign Agents Registration Act), к которому апеллирует «Грузинская мечта», был принят в США в 1938 году, перед Второй мировой войной, и целью этого закона было защитить американское население от нацистской пропаганды. Но ни тогда, ни сейчас FARA не распространялся на союзников и дружественные страны Америки.
То же самое во Франции, где к закону «О влиянии иностранных государств» прилагается конкретный список стран, на которые распространяется этот закон. В этот список входят страны, усиление влияния которых Франция считает угрозой. В частности, это Россия, Китай, Турция и Иран. Также во французском варианте есть прямая оговорка о том, что этот закон не распространяется на страны Евросоюза.
В грузинском варианте закона такой оговорки нет. Соответственно, этот закон напрямую бьет по организациям, финансируемым США и Евросоюзом, дружественными и партнерскими странами, с чьей помощью в Грузии развиваются демократические процессы и реализуются множество жизненно важных проектов в разных сферах: от здравоохранения и инфраструктуры до укрепления гражданского общества.
И, наконец, в том же FARA прописано, что этот закон не распространяется на медиа или НПО, а только на лоббистские организации. В грузинском варианте такого уточнения нет.
По всему получается, что принятый в Грузии закон аналогичен российскому, который в первую очередь затронул медиа и неправительственный сектор. В итоге сегодня в России закрыты все неправительственные и медийные организации, неподконтрольные Кремлю. Именно поэтому закон «О прозрачности иностранного влияния» в Грузии прозвали «российским законом».
Также важно отметить, что этот закон противоречит законодательству ЕС. Когда аналогичный закон приняли в Венгрии, он был аннулирован Международным судом по правам человека, поскольку был напрямую направлен на то, чтобы заставить замолчать медиа и притеснять НПО.
Закон «О прозрачности иностранного влияния» в Грузии должен вступить в силу к сентябрю 2024 года, когда будет готов специальный реестр, в котором должны зарегистрироваться «организации-иноагенты». Под ними подразумеваются все организации, более 20 процентов финансирования которых составляют зарубежные гранты. В такой маленькой и небогатой стране, как Грузия, это абсолютное большинство неправительственных организаций.
Многие грузинские НПО и медиа отказываются регистрироваться в реестре, так как для них оскорбителен ярлык организаций, «представляющих интересы иностранных держав». «Мы честно работаем ради своей страны, почему нас называют «носителями интересов иностранной державы?», – возмущаются они.
Некоторые небольшие организации уже заявляют о своем скором закрытии, так как тоже не согласны с тем, что их назвали «носителями интересов иностранной державы». Например, НПО Fair Trees Foundation сообщила, что в связи с принятием закона приостанавливается проект бесплатной детской стоматологической клиники.
Почти все зоозащитные организации в Грузии существуют на иностранные гранты, и поэтому принятие закона может привести к закрытию значительной их части, так как ни они, ни их доноры не согласны с подобной квалификацией их работы.