Почему соглашение между МВД Абхазии и России не соответствует абхазскому законодательству.  Мнение

Оппозиция в Абхазии требует немедленной отставки министра внутренних дел Роберта Киута. Поводом для этого стало подписанное им соглашение с МВД России, которое, по мнению оппозиции, нарушает конституцию Абхазии и вредит национальным интересам. 

В частности, всеобщее возмущение вызвал пункт соглашения, подразумевающий передачу российской стороне данных о лицах, способных «дестабилизировать обстановку в приграничном регионе». Многие подозревают, что речь идет об узаконивании тенденции, когда российские власти всячески «наказывают» абхазских общественных и политических деятелей, выступающих против невыгодных для Абхазии договоренностей с Россией.

Сотрудничество между МВД Абхазии и России: «позорная недееспособность» или повышение эффективности?

Соглашения о межведомственном взаимодействии, опубликованные журналисткой Низфой Аршба, спровоцировали бурную дискуссию в абхазском публичном пространстве

Известный абхазский общественный деятель Ахра Бжаниа проанализировал ситуацию с соглашением на предмет соответствия его с законодательством. И приходит к выводу, что никакого соответствия нет.

Ахра Бжаниа: «Большинство защитников Соглашения между МВД Абхазии и России в качество основного аргумента ссылаются на правовую преемственность с положениями Договора о союзничестве России и Абхазии от 2014 года. Но можно ли считать такие отсылки добросовестными?

Вот что говорится в основной части статьи 10 Договора от 2014 года, регулирующей в документе сферу внутренних дел:

1. Стороны не позднее одного года со дня вступления в силу настоящего Договор создают Совместный информационно-координационный центр органов внутренних дел.

2. Совместный информационно-координационный центр органов внутренних дел осуществляет задачи: — по организации обмена оперативно-значимой информацией с правоохранительными органами Российской Федерации

и Республики Абхазия, а также ведению необходимых оперативных и криминалистических учетов;

• по формированию и ведению специализированного банка данных об организованных преступных сообществах, противоправная деятельность которых затрагивает интересы Договаривающихся Сторон;
• по сбору, обобщению и анализу информации в области борьбы с организованной преступностью и иными опасными видами преступлений;
• по содействию в осуществлении межгосударственного розыска и выдачи лиц, скрывшихся от уголовного преследования или исполнения приговора;
• по содействию в реализации необходимых согласованных действий по борьбе с опасными видами преступлений, представляющих угрозу
• безопасности Договаривающихся Сторон;
• по выработке, представлению Договаривающимся Сторонам предложений по повышению эффективности сотрудничества.

«Арест Ираклия Бжинава в России – удар по свободе абхазского общества». Мнение

Абхазский юрист с двойным гражданством Ираклий Бжинава был арестован за то, что раскритиковал соглашения о передаче России знаменитой госдачи в Абхазии

Ни в одном из этих пунктов, как и в статье в целом, не говорится и не имеется ввиду, что возможности Информационно-координационного центра (ИКЦ) будут использованы для «мониторинга и анализа криминогенной и оперативной ситуации в Республике Абхазия, а также деятельности органов внутренних дел Абхазии», как это говорится в пункте 1 Соглашения.

Последнее вообще смешно: зачем тогда нужно целое министерство, если для мониторинга его деятельности нужно прибегать к ресурсам внешней организации, не говоря уже о том, что у МВД Абхазии могут быть внутренние вопросы, о которых никакой ИКЦ знать не должен.

В Договоре от 2014 года также не говорится, что ИКЦ, а тем более профильные структуры МВД России, будут заниматься «борьбой с экономическими преступлениями и коррупцией» на территории Абхазии.

Не упоминается в нем и о том, что целый ряд структур МВД РФ будут прямо заниматься «информационным противодействием распространению криминальных идей в социальных сетях и мессенджерах». А вот в пункте 4 Соглашения, подписанного между МВД, это есть.

Кстати, многие расценили этот пункт как попытку контролировать интернет-пространство на предмет инакомыслия.

Не говоря уже о том, что само понимание «криминальные» в отношении интернета в двух наши странах может сильно отличаться. В России, например, даже этот текст, распространенный на платформе Facebook компании Meta, является незаконным.

И разумеется, нигде в Договоре от 2014 года не говорится, что МВД России и Абхазии будут «проводить совместные оперативно-профилактические мероприятия в приграничных районах», как нарушающие нашу суверенную юрисдикцию. Но в пункте 6 Соглашения это прямо указывается.

Лидер абхазской оппозиции Адгур Ардзинба о связях с Россией и отношениях с Тбилиси. Видео дискуссия

Адгур Ардзинба выражает готовность к экономическому транзиту и торговле с Грузии при условии равноправного и прозрачного партнерства

И так по многим пунктам…

Международные договоры – это не народная песня, из которой путем развития основной темы можно сделать новое произведение. Это законченные документы, и их свободная трактовка недопустима.

Именно по этой причине, а также потому, что это содержательно разные правовые акты, Соглашение не может «вытекать» из Договора 2014 года, как это пытаются представить некоторые «эксперты». Если же кому-то очень надо оформить новые правовые рамки для работы МВД Абхазии, то пусть попробуют сделать это открыто и согласно законной процедуре, а мы посмотрим, как получится».

Термины, топонимы и мнения принадлежат автору публикации и не обязательно отражают позицию сайта.