Турция в поисках «внешнего врага» – мнение
До конца ноября власти Турции должны выбрать для себя меньшее из двух зол — они либо обязаны выпустить на свободу правозащитника Османа Кавалу и тем самым выполнить решение европейского суда, либо согласиться на начало процедуры лишения Турции членства в Совете Европы.
- Турция претендует на статус великой державы? Высылка послов, Гюлен и Стамбульский канал
- Нормализация армяно-турецких отношений: перспективы и угрозы
- Сирийские и афганские беженцы в Турции: драки и протесты. Что дальше?
Эрдоган. Начало
Придя к власти в Турции в 2002 году, Эрдоган объявил о том, что его бывшая консервативная и фундаменталистская линия осталась позади, и он возвращается в большую политику реформистом и «либерал-консерватором».
В первые годы власти он добился успеха в деле создания такого имиджа. Впервые за свою историю Турция находилась в шаге от вступления в Евросоюз, с каждым днем все больше копенгагенских критериев внедрялись в жизнь этой страны. Проводились реформы по курдской проблеме, было соглашение о проведении референдума для решения кипрского конфликта. Одним словом, Эрдоган и его партия (АКР) с точки зрения западных политиков и международного капитализма смотрелись почти идеально.
Эрдоган долго придерживался этой линии. Постепенно росли экономическая сила страны и его политический рейтинг. Вскоре Эрдоган решил использовать свою позицию для продвижения собственных идей. Первым делом он атаковал институт лаицизма [доктрина, основанная на отделении религии от государства, минимизации роли религии в стране — JAMnews] в стране. Были введены запреты на свободу интернета, произошли консервативные вмешательства в работу телевидения и радио. Эрдоган открыто стал говорить о проектах создания «религиозного поколения».
Но и эти атаки пока не расшатывали его рейтинг. В сентябре 2010 года, когда проводился референдум по вопросам, которые дали возможность правительству вмешаться в дела судов и армии, либеральная элита страны (Назлы Ылыджак, Ахмет Алтан и другие (все они сейчас арестованы, либо сбежали из страны)) поддержала Эрдогана.
В скором времени Эрдоган начал мстить своим бывшим врагам. В суды и армию пришли люди, идейно близкие к последователям Фетхуллаха Гюлена, и единомышленники-фундаменталисты. Несмотря даже на это, у международного сообщества все же оставались надежды на Эрдогана. К примеру, в курдском и армянском вопросах партия Эрдогана выглядела прогрессивной, и этого было достаточно, чтобы убедить европейцев.
Парк Гези и начало новой политики
Ситуация резко изменилась летом 2013 года. План Эрдогана по закрытию парка Гези на площади Таксим в Стамбуле, имеющем символическое значение для секулярно настроенной части общества, и строительства на его места другого объекта был встречен сопротивлением.
![](https://jam-news.net/app/uploads/2021/10/gezipark.jpg)
В последние дни мая того года группа молодежи поставила палатку, чтобы защитить парк от разрушения. Эта новость быстро распространилась в соцсетях, гражданское общество мобилизовалось с фантастической скоростью, и началось большое сопротивление.
Волна этого движения прокатилась по всей стране, и протесты, продолжавшиеся немногим более трех месяцев и приведшие к смерти семи протестующих и одного сотрудника полиции, завершились тем, что Эрдогану пришлось пойти на попятную. Парк никто трогать не стал. Все, кто ходил в этот стамбульский парк, могут заметить там в любое время суток сотрудников оперативного полка полиции, хотя с тех событий прошло больше восьми лет. Скопление полиции там можно увидеть каждый раз, когда Эрдоган и правительство объявляют о каких-то непопулярных мерах – именно тут ожидаются акции протеста. Другими словами, парк Гези превратился в символ сопротивления.
После лета 2013 года Эрдоган растерял былой имидж. И для международного сообщества, и для гражданского общества внутри страны он превратился в лидера-автократа.
Эрдоган и филантроп Кавала
Ненависть лидера властной партии в Турции к Осману Кавале корнями также уходит в 2013 год.
Осман Кавала, филантроп, которого часто называют «турецком Соросом», был одним из самых активных сторонников событий в Гези, материально поддерживал протестующих. Он тратил состояние, оставшееся ему по наследству от отца, на поддержку открытого общества, финансирование гражданских активистов и просвещение.
![](https://jam-news.net/app/uploads/2021/10/osmankavala.jpeg)
В 2016 году, после неудачной попытки переворота в стране, Эрдоган воспользовался ситуацией и объявил чрезвычайное положение. В период ЧП, которое длилось ровно два года, была запрещена деятельность 179 медиа, в том числе 53 газет, 37 радиостанций, 34 телеканалов и т.д. В это же время остался без работы 6 081 педагог высших учебных заведений, были задержаны 283 тысячи человек, из них 94 тысячи 975 человек арестованы.
Самыми популярными личностями среди этих арестованных были глава оппозиционной партии HDP Селахаттин Демирташ и бизнесмен и филантроп Осман Кавала.
Эрдоган давно ждал такого случая, чтобы отомстить своим недругам, и лучшего повода, чем попытка госпереворота, и быть не могло.
Осман Кавала был обвинен в финансировании протестов в парке Гези и попытке переворота посредством тех событий. Его арестовали в 2017 году. В 2019 году европейский суд по правам человека вынес решение об освобождении Кавалы. Но в тот самый день, когда Осман Кавала должен был быть освобожден из тюрьмы, в его отношении начался другой уголовный процесс. На сей раз Кавала обвинялся в участии в попытке госпереворота 15 июля 2016 года. Как результат он был арестован, не успев покинуть тюрьму.
В последние дни вопрос Османа Кавалы стал актуализироваться. В день четырехлетия с момента ареста Кавалы послы 10 развитых стран (США, Канады, Франции, Германии, Новой Зеландии, Норвегии, Швеции, Дании, Финляндии и Нидерландов) в Турции опубликовали совместное заявление с требованием к турецким властям о выполнении решения ЕСПЧ по Осману Кавале.
В момент, когда было опубликовано это заявление, Эрдоган находился с визитом в Африке, и его реакция на документ была жесткой. Он заявил, что все послы, подписавшие документ, должны быть выдворены из страны и объявлены «персонами нон грата».
Это заявление Эрдогана прозвучало в уикэнд – биржи были закрыты, и вследствие решения Центробанка Турции о снижении учетной ставки курс доллара США взлетел до отметки 9,60 турецких лир.
Для лидера АКР не могло быть более подходящего случая. Он обнаружил еще одного врага – причину долгого кризиса, который на самом деле стал результатом многолетних экономических проблем в стране: «внешние силы ополчились на Турцию».
Этот же прием Эрдоган использовал в 2018 году – в дни кризиса из-за ареста богослова Брансона, в начале 2017 года – во время дипломатического кризиса в Нидерландами и Германией. В тех случаях также народ призывался к «консолидации против внешнего врага».
Что выберет Турция?
Результаты опросов и анализы перед президентскими и парламентскими выборами, которые должны состояться в 2023 году, показывают, что шансы находящегося во власти «Республиканского союза» (политический консорциум АКР и МНР) очень малы. По последним данным, процент избирателей, готовых проголосовать за партию Эрдогана, находится на уровне 2002 года и не превышает отметки 28-33 процента. А союзник партии власти, МНР, не может набрать даже проходных в парламент 10 процентов. Именно по этой причине в Турции планируют снизить планку проходного процента в парламент с 10 до семи. Этот вопрос уже внесен на рассмотрение законодательного органа страны.
Улучив момент, оппозиционные партии требуют проведения внеочередных выборов. По их мнению, без проведения выборов и смены власти экономический кризис в Турции будет углубляться с каждым днем и финансовое положение народа продолжит ухудшаться.
Кризис Кавалы и посольств приходит на помощь Эрдогану именно в такое непростое время. Эрдоган находит все новые причины экономическому кризису, говорит о вмешательствах в дела страны внешних врагов, призывает свой электорат к консолидации.
Но пока напряжение спало, и партия власти нашла общий язык с протестующими посольствами.
Но для освобождения Кавалы у Эрдогана есть время только до конца ноября. До этого времени надо либо оправдать Османа Кавалу, либо выпустить его на свободу с условным сроком. Иначе в Совете Европы грозят началом процедуры лишения членства Турции в организации.
Аналогичная ситуация была у Азербайджана в 2018 году и дело завершилось тем, что Баку был вынужден освободить на условный срок политзаключенного Ильгара Мамедова.
Посмотрим, на какой шаг в вопросе Османа Кавалы пойдет в таких политических и экономических условиях Эрдоган? Он или пойдет на попятную, выпустив заключенного на свободу, или же рискнет выдворением из Совета Европы, что еще более углубит одиночество Турции.
Большинство аналитиков склоняются к первому варианту. Все уже привыкли к тому, что в таких ситуациях Эрдоган уступает требованиям. Такое произошло и в случае с американским богословом Эндрю Брансоном, и в случае с журналистом газеты Cumhuriyet Джаном Дюндаром, и в случае с гражданином Германии журналистом Денизом Юджелом.