Депортация и «международный розыск»: новая эскалация в отношениях Баку и Москвы
Эскалация в азербайджано-российских отношениях
17 августа в один день произошли два события, показавшие, насколько хрупкими остаются отношения между Баку и Москвой. Россия депортировала в Азербайджан председателя Азербайджанской национально-культурной автономии в Москве Бахтияра Гасанова. В свою очередь, Азербайджан объявил в международный розыск трех граждан России: ведущего телеканала «Москва 24» Ивана Князева, политтехнолога и медиаэксперта Семена Уралова, а также журналиста и советника министра транспорта России Алексея Чадаева.
Совпадение этих событий по времени на первый взгляд позволяет воспринимать их как взаимные ответные шаги. Однако процесс, завершившийся депортацией Гасанова, начался задолго до 17 августа: его дело рассматривалось как минимум несколько месяцев. Поэтому, хотя открытых доказательств прямой причинно-следственной связи между двумя решениями нет, оба события укладываются в общую логику продолжающегося уже длительное время ухудшения азербайджано-российских отношений.
Депортация Бахтияра Гасанова
Согласно открытым источникам, Бахтияр Гасанов был задержан в России в июне 2026 года и помещен в центр временного содержания иностранных граждан. Он обжаловал решение о депортации, однако суд не удовлетворил его жалобу.
По данным источников, российское гражданство Гасанова было аннулировано в сентябре 2025 года. Еще осенью 2025 года «Агентство» установило, что паспорт Гасанова, выданный в 2019 году, значился в российской государственной базе данных как недействительный. Сам Гасанов в то время опровергал информацию о лишении его гражданства.
Один из ключевых вопросов заключается в том, на каком правовом основании было аннулировано его гражданство. В открытых источниках нет полного и однозначного объяснения причин этого решения.
Политическую значимость делу придает и статус Гасанова. На протяжении многих лет он сотрудничал с официальными структурами Москвы, занимавшимися вопросами диаспоры и межнациональных отношений, а также входил в состав общественных советов. Поэтому его депортация рассматривается в том числе как часть более широкой тенденции давления на азербайджанскую диаспору в России.
Усиление давления на диаспору
С лета 2025 года ряд известных представителей азербайджанской диаспоры в России были лишены гражданства, задержаны или выдворены из страны. В этом контексте упоминались имена Аршада Ханкишиева, Эльшана Ибрагимова и Джавида Рзаева.
Российские националистические и близкие к Кремлю медиа в основном объясняют эти меры борьбой с незаконной миграцией, предполагаемыми связями с криминальными структурами и соображениями безопасности. Однако в открытом доступе нет окончательных судебных решений по всем обвинениям, выдвинутым в отношении этих лиц.
- Операция «Sputnik Азербайджан»: новый этап напряженности с Россией
- Мнение: «В Кремле назвали Карабах «спорной территорией» и посылают сигнал: Баку должен признать Крым как часть России»
- Крах старой элиты? Что изменил в Азербайджане арест Рамиза Мехтиева?
Этот процесс приобрел более выраженный политический характер после проведенной в июне 2025 года в Екатеринбурге операции в отношении азербайджанских семей. Гибель братьев Сафаровых во время операции вызвала резкую реакцию в Баку. Москва связывала произошедшее с расследованием преступлений, совершенных много лет назад, тогда как азербайджанская сторона акцентировала внимание на сообщениях о насилии и пытках в отношении задержанных.
С этого времени тема диаспоры постепенно вышла за рамки общественной и культурной повестки и стала одним из инструментов политического давления в отношениях между двумя странами.
Обвинения Баку в отношении трех граждан России
17 августа Генеральная прокуратура Азербайджана сообщила, что в рамках уголовного дела объявлены в розыск Иван Князев, Семен Уралов и Алексей Чадаев.
Расследование связано с программами, опубликованными на YouTube-канале Уралова 14 июля и 13 августа. По версии азербайджанской стороны, в этих эфирах звучали призывы к насильственному изменению конституционного строя страны, нарушению ее территориальной целостности, террористической деятельности и разжиганию национальной ненависти.
Уголовное дело расследуется по статьям 214-2, 281.2 и 283.2.1 Уголовного кодекса Азербайджана. Суд заочно избрал в отношении всех троих меру пресечения в виде ареста.
Во фрагментах эфиров, опубликованных азербайджанскими медиа, содержатся высказывания о возможной военной операции против Баку, военном давлении на Азербайджан со стороны Каспийского моря и применении физического насилия в отношении руководства страны. Вместе с тем Генеральная прокуратура не обнародовала полные расшифровки эфиров, материалы экспертиз и все эпизоды, на которых основаны предъявленные обвинения.
Что говорят Уралов и Чадаев?
Обвиняемые не согласны с позицией Баку. Алексей Чадаев отверг обвинение в разжигании национальной ненависти, заявив, что его критика была направлена не против азербайджанского народа, а против политического руководства страны.
Семен Уралов, в свою очередь, назвал решение правоохранительных органов Азербайджана политически мотивированным. В последующих публикациях в Telegram он продолжил выступать с резкой критикой политических систем постсоветских стран, в том числе властей Азербайджана.
Эта реакция свидетельствует о том, что дело вышло за рамки правовой плоскости и стало частью информационного противостояния между двумя странами.
«Международный розыск» не означает автоматического ареста
Используемая в азербайджанских медиа формулировка «международный розыск» не означает, что разыскиваемый человек автоматически будет арестован в другой стране.
Даже если Интерпол выпустит красное уведомление, оно не является международным ордером на арест. Каждое государство самостоятельно решает вопрос о задержании разыскиваемого лица в соответствии со своим законодательством. Кроме того, устав Интерпола запрещает организации вмешиваться в дела политического, военного, религиозного или расового характера.
Таким образом, результат запроса Баку будет зависеть от содержания представленных правовых доказательств, а также от того, как другие государства оценят это дело: как уголовное преследование или как продолжение политического противостояния.
Украинский фактор
Последнее обострение в азербайджано-российских отношениях происходит на фоне возросшего значения украинской темы.
6 августа министр иностранных дел Азербайджана Джейхун Байрамов впервые после начала полномасштабного российского вторжения в Украину совершил официальный визит в Киев и посетил Ирпень. Азербайджан вновь заявил о поддержке территориальной целостности Украины в ее международно признанных границах. Стороны также обсудили возможность поставок азербайджанского газа в Украину.
16-17 августа на этом политическом фоне состоялся визит в Баку бывшего президента Украины Виктора Ющенко, который встретился с Ильхамом Алиевым. Вручение Алиеву удостоверения почетного гражданина Ирпеня в Москве может быть воспринято как символический политический жест.
Данных, подтверждающих прямую связь между этими событиями и депортацией Гасанова, нет. Однако все более открытое обозначение руководством Азербайджана позиции по Украине, отличающейся от позиции Москвы, вписывается в общую картину растущего недовольства в российских политических кругах.
Новые механизмы взаимного давления
Одним из заметных изменений в отношениях между Баку и Москвой за последние два года стало все более активное использование правоохранительных и административных механизмов в контексте политического противостояния.
Россия применяет в отношении представителей азербайджанской диаспоры нормы законодательства о гражданстве и миграции, а также уголовного законодательства. Азербайджан, в свою очередь, использует механизмы уголовного преследования в отношении лиц, связанных с российскими медиа, и за высказывания, которые Баку расценивает как угрозу стране.
Это само по себе не означает, что правовые аргументы обеих сторон необоснованны. Однако тот факт, что подобные юридические решения принимаются на фоне политических кризисов в двусторонних отношениях, неизбежно вызывает вопросы об их избирательном применении и возможном использовании в политических целях.
Куда движутся отношения?
На нынешнем этапе вероятность полного политического разрыва между Азербайджаном и Россией не выглядит высокой. Две страны связывают значительные взаимные интересы в таких сферах, как торговля, транспорт, логистика и региональная безопасность.
В то же время говорить о возвращении отношений к прежнему уровню также сложно. Скорее, формирующаяся модель отношений характеризуется политическим недоверием при сохранении ограниченного сотрудничества.
В наиболее уязвимом положении в этом противостоянии могут оказаться азербайджанцы, проживающие в России, а также диаспорские структуры, поддерживающие общественные связи между двумя странами. Превращение представителей диаспоры в инструмент межгосударственного конфликта, особенно если этот процесс сопровождается этнической риторикой, повышает риск того, что напряженность выйдет за рамки дипломатических отношений и затронет отношения между обществами двух стран.
Поэтому события 17 августа имеют более широкое значение, чем два отдельных правовых решения. Они свидетельствуют о формировании новой модели отношений, при которой Баку и Москва, не прекращая сотрудничество, все активнее используют возможности политического и правового давления друг на друга.
Эскалация в азербайджано-российских отношениях
