Несмотря на либеральное законодательство, многие женщины в Грузии не пользуются правом на безопасный аборт" />

«Обратилась к женщине, у которой это дешевле». Почему в Грузии до сих пор делают нелегальные аборты?

Несмотря на либеральное законодательство, многие женщины в Грузии не пользуются правом на безопасный аборт

По закону женщина добровольно может прервать беременность в течение первых 12 недель. Хотя, по данным неправительственной организации HERA XXI, полученным в ходе исследования в семи регионах Грузии, стандарт, утвержденный государством, часто не соблюдается, а легальная и безопасная процедура для многих женщин остается недоступной.

JAMnews попытался разобраться в основных причинах, которые вынуждают женщин делать нелегальные аборты.

Фото: HERA XXI

«На эхоскопию пришла вся в слезах, врачу сразу сказала, что выхода у меня нет, рожать не буду, а потому ничего меня не интересует. А потом в аппарате услышала сердцебиение ребенка…» – 39-летняя Ирина (в статье все имена изменены) своим самым тяжелым решением в жизни делится в закрытой группе в Facebook.

История, которая началась с визита к врачу в больницу, закончилась дома у бывшей медсестры нелегальным абортом. Как пишет Ирина, тем самым она избежала множества лишних вопросов.

По официальной статистике, в последние годы самые высокие показатели по абортам были зафиксированы в 2012 году — 39 200 случаев. Последние данные за 2017 год – аборт сделали 24 900 женщин.

При этом неизвестно, сколько женщин для прерывания беременности вынуждены были использовать различные медицинские препараты, «народные средства», услуги «соседки-медсестры» и другие зачастую опасные методы.

«Барьеры к безопасному аборту» — так называется исследование, проведенное организацией HERA XXI и посвященное женщинам, которые, подобно Ирине, прерывали беременность по различным причинам.

Цель исследования, в котором приняли участие 90 женщин, — выяснить, насколько соблюдены и защищены государственные стандарты, зафиксированные в протоколах и гайдлайнах.

• Автору видеоуроков по сексуальному просвещению угрожают изнасилованием

• Сексуальное просвещение – почему такой дисциплины нет в школьной программе

• Абхазия: один год без абортов

Финансовая доступность

Первый барьер на пути легальных абортов – финансы. В стране, в которой, согласно исследованию UNICEF, каждый пятый ребенок живет за чертой бедности, женщине тяжело сделать выбор в пользу еще одной новой жизни. По той же причине они зачастую вынуждены делать нелегальные аборты.

«Бедность мешает, а так детей все хотят», – объясняет 35-летняя София, единственная кормилица семьи в одной из кахетинских деревень. О страшных методах, начиная от горячих ванн и заканчивая подъемом тяжестей, она была наслышана и напугана, но бедность все равно перевесила.

«Клиника рядом находится, но дорого. От соседки узнала о женщине, у которой дешевле было аборт сделать, и обратилась к ней. Вообще-то и ее услуги оказались для меня недешевыми, но она сделала скидку», – говорит Хатуна, которая, как и София, в одиночку тянет семью.

В списке долгов Хатуны наряду с записями о мелких долгах в магазин фигурируют 150 лари [около $70] – долг за сделанный аборт.

Стоимость аборта колеблется в зависимости от города и клиники от 80 до 250 лари [около $30-93]. Никакие льготы для социально незащищенных женщин не предусмотрены. Как пояснили в министерстве здравоохранения, на искусственное прерывание беременности государство никому никаких средств не выделяет.

Фото: HERA XXI

Страховка выплачивается только тогда, когда произошло естественное прерывание беременности, и жизнь женщины оказалась в опасности.

Этическая дилемма и географический барьер

Ситуация усугубляется тем, что в стране нет точного перечня медицинских учреждений, которые в числе прочего делают и аборты.

Согласно действующему законодательству, врач или медицинское учреждение имеют право отказать в аборте  по религиозным или этическим мотивам.

В министерстве здравоохранения не ведется учет учреждений, где можно получить эту услугу. Соответственно, женщина, приехавшая из региона, может обратиться в клинику, в которой аборт не делают.

Фото: HERA XXI

Руководитель организации HERA XXI Нино Цулеискири считает такую неопределенность серьезной проблемой:

«Государство обязано контролировать, сколько клиник могут предоставить доступные услуги по безопасному аборту. Министерство здравоохранение должно постараться обеспечить специалистами каждый регион Грузии, каждое медицинское учреждение.

Наше исследование в 2016 году показало, что в стране есть регионы, например, Мцхета-Мтианети, где услуги по аборту вообще не предусмотрены. Проблемы с этим в Гурии, Квемо Картли. А надо бы сделать так, чтобы женщине из Мцхета-Мтианети не приходилось бы ездить в Тбилиси, чтобы ее жизнь была вне опасности в родном краю».

В министерстве здравоохранения могут лишь предположить, где именно тяжелее всего обстоит дело с доступностью услуг. Руководитель департамента охраны здоровья министерства здравоохранения Марина Дарахвелидзе в интервью JAMnews ситуацию разъяснила так:

«Если учреждение отказывает пациенту в услугах, мы не можем заставить сделать это. Можем изучить ситуацию с помощью государственных программ. Там, где ведется дородовое наблюдение, знаем, что уход за беременными обеспечен, но делаются ли искусственные аборты – не знаем, поскольку такая услуга в рамках государственных программ не финансируется».

Дарахвелидзе считает, что даже несмотря на расстояния, женщинам в любом случае обращаться в районные медцентры зачастую более безопасно, поскольку при осложнениях женщине обеспечен уход.

Закон об охране здоровья запрещает рекламу абортов. В гражданском секторе считают, что закон не сформулирован четко, поскольку, скажем, распространение брошюр о безопасных методах аборта тоже может быть расценено как реклама.

По данным исследования, проведенного HERA XXI, у большинства женщин не было никакой информации о планировании семьи, контрацепции, опасных или менее рискованных методах абортов, обязательном пятидневном сроке для размышлений – делать аборт или нет.

Общественное клеймо

Согласно исследованию Фонда Фридриха Эберта, проведенному в 2016 году,  74 процента грузинской молодежи являются сторонниками запрета абортов и только пять процентов считают, что эта услуга должна быть легальной. В 2017 году а парламенте были представлены две инициативы по запрету абортов, однако они не были приняты даже на рассмотрение.

Против абортов выступает самый авторитетный институт – Грузинская православная церковь. В 2013 году Патриарх в пасхальной эпистоле написал, что «государство должно принять закон, запрещающий аборты». Патриархия и сегодня требует придать находящемуся в материнском чреве плоду правовой гражданский статус с первого же дня зачатия, и, соответственно, аборт признать убийством.

Зачастую женщины делают аборт нелегально, боясь огласки. Профессор клиники Тбилисского государственного медицинского университета Гоги Церцвадзе знает немало таких примеров.

«Женщина часто старается решить проблему поскорее, без врачей. Увеличилось количество и таких пациентов, которые без бракосочетания не хотят рожать. Принимают лекарства, непонятные травяные настои, другие «методы» применяют. Была пациентка, которая призналась, что хотела вязальной спицей вскрыть шейку матки, но в последний момент испугалась и передумала», – рассказывает Гоги Церцвадзе.

«Даже после применения официальных методов прерывания беременности бывают осложнения, а когда делают непонятно что, то  риски, конечно же, возрастают. Причина всего этого, в первую очередь, опасение получить «общественное клеймо».

Зачастую эту стигму усиливают именно те люди, к кому женщина обращается за помощью.

Протокол «Пойми меня» и тенденциозная консультация

«Начались осложнения, обратилась к гинекологу… Он в крик, стал выговаривать, словно я была счастлива от того, что решилась на аборт. Фактически выгнал из кабинета, дескать, обратись к другому врачу», – рассказывает 30-летняя Ия.

То, что среди врачей нет недостатка в унижающих достоинство людей, доказывают и данные исследования. На приеме перед абортом, порой, медики не гнушаются объявить женщине, что считают ее аморальной, что аборт – это убийство, что «вне официального замужества порядочные женщины не беременеют».

Между тем, узаконенный министерством здравоохранения протокол, устанавливающий порядок предабортной консультации,  называется «Пойми меня», рекомендуя аккуратное собеседование, информационное обеспечение, детальное изучение обстоятельств пациента, совместное соглашение по поводу следующего визита.

        «Меня унижали, заставили раздеться в фойе, говорили, что грех беру на себя, обвиняли в истеричности».

«Все делали равнодушно, без эмоций, отношение, как к провинившемуся человеку, а не ищущему помощи».

«Думаю, они так наплевательски ко мне относились, потому что я приехала из деревни, денег много дать не могла, никого не интересовало, что меня беспокоит, что я испытываю».

Это фразы из рассказов тех женщин, которых врачи «не поняли».

В министерстве здравоохранения утверждают, что эту проблему решить не в силах. Они лишь могут дать оценку сервису, но не качеству консультаций, т.к. это приватный процесс.

«Это колоссальное давление на женщину. Присвоенное право консультаций – это уже нарушение. Врач обязан дать женщине возможность принять решение. Задумайтесь над этими словами – информированный выбор. Это означает, что предоставляющий услуги предоставляет и полную информацию, вы делаете выбор, и этот выбор врач должен уважать», – говорит Нино Цулеискири.

Руководитель HERA XXI Нино Цулеискири. Фото: JAMnews / Нино Меманишвили

Больше времени для раздумий – барьер или преимущество?

Участвовавшие в исследовании женщины дополнительным стрессом назвали также так называемое «время для раздумий», которое обязательно предоставляется пациенту перед абортом. Этот срок в 2014 году был увеличен с трех до пяти дней. Некоторые из женщин признались, что нашли выход – за определенную сумму им аборт сделали сразу без «времени» в первый же день, и оформлен аборт был как прерывание беременности по естественным причинам.

Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) рекомендует отказаться от «времени для раздумий». С этой рекомендацией можно ознакомиться в Отчете омбудсмена Грузии.

Неизвестно количество женщин, которые повторно обратились в клиники, получив в первый раз отказ, – у государства нет таких данных.

Выход — контрацепция

Государство не финансирует аборты никому. Не финансирует и контрацептические методы предохранения от беременности. Эта проблема фигурирует в последнем отчете омбудсмена. Особенно в тяжелой ситуации оказались социально не защищенные слои населения.

При правильной политике в здравоохранении женщина должна делать только один аборт. Но в Грузии высок процент повторных абортов. Проблема опять же в недостаточной информированности – женщины зачастую не знают, что консультации у семейного врача по вопросам контрацепции бесплатны.

Нино Цулеискири говорит, что «в утвержденной в 2017 году стратегии в медицинские пакеты включены сервисы планирования семьи для социально незащищенных женщин, но до сих пор не применяются на практике, оставаясь просто хорошо написанным документом».

Марина Дарахвелидзе, начальник департамента здравоохранения минздрава, в свою очередь, говорит, что о таких женщинах проявляется определенная забота в плане обеспечения контрацептивами. И для этого налажено сотрудничество с Фондом народонаселения ООН.

Реализация плана, записанного в стратегии два года назад, предположительно начнется со следующего года. Более точную дату в министерстве здравоохранения назвать затруднились.


Читайте также