Мнение: три сценария развития событий по Карабаху, взгляд из Баку
Вторая карабахская война — так называют боевые действия, начавшиеся на территории Азербайджана 27 сентября и продлившиеся 44 дня.
Только по официальным данным, эта война унесла свыше пяти тысяч жизней с обеих сторон. Наверняка это число станет еще больше, когда стороны объявят новые данные.
Азербайджанский журналист и политический обозреватель Шахин Рзаев предлагает свои ответы на вопросы о том, что и почему произошло, можно ли было предотвратить войну и что будет дальше.
![](https://jam-news.net/app/uploads/2020/12/RTX8EONO-1024x683.jpg)
Что произошло
«У нас украли победу!», — сказала мне родственница, услышав о трехстороннем соглашении о перемирии 10 ноября.
Действительно, азербайджанская армия была в двух шагах от взятия Ханкенди, центра Нагорного Карабаха, бывшей автономной области в составе советского Азербайджана, вокруг которой разгорелась одна из самых кровопролитных войн конца 20 века.
Но в ночь с 9 на 10 ноября руководители Азербайджана и Армении при посредничестве президента России подписали документ, который остановил войну и начертил общие контуры будущего мирного урегулирования.
Этот документ и в Азербайджане, и особенно в Армении встретили резко в штыки.
- Что будет дальше с Карабахом и Арменией? Взгляд из Еревана?
- Представитель Amnesty International в Кельбаджаре: «Некоторые могилы были разрушены недавно»
- Дорога в Нахичевань через Мегри: Армения сдает территории Азербайджану или выходит из блокады?
В Азербайджане требовали войну «до победного конца», в Армении обвиняли власть в «предательстве».
Прошел всего один месяц после первого в истории «онлайнового мирного соглашения». Время, конечно, недостаточное, но все же первые выводы сделать можно.
Первичная эйфория большинства в Азербайджане начала постепенно спадать. Конечно, страдания и обиды, длившиеся около 30 лет, сразу не пройдут.
Многие продолжают вспоминать разные издевательства в медиа и в соцсетях, в особенности вот это: «В первой войне мы научили турок бегать, во второй научим плавать».
Это говорил армянский генерал, герой первой войны. «Турками» он называет азербайджанцев, а «плавать» имеет в виду сбросить в Каспийское море.
Сейчас всем нам надо собраться с силами и вместе преодолеть ненависть и злорадство.
Я понимаю армянских коллег, я точно так же был зол и раздражен ехидными замечаниями в 1994 году, хотя тогда и интернета особого не было.
Три года мне понадобилось, чтобы преодолеть чувство обиды. Надеюсь, сейчас будет проще. Прорвемся.
Почему именно сейчас
Первым делом вспоминается довольно спорная поговорка: «Лучше поздно, чем никогда».
Иностранцы иногда спрашивают: «Правда ли, что Азербайджан начал военные действия»?
Точно я не знаю, кто первым выстрелил 27 сентября. Но таких выстрелов с 1994 года было великое множество, а таких последствий — никогда.
Несомненно, Азербайджан давно готовился к этой военной операции. Последовательно увеличивал военный бюджет, покупал самую новую военную технику, вел активную дипломатическую работу.
И честно говоря, имел на это все право. Азербайджан же действовал на своей территории и в соответствии в резолюциями Совета безопасности ООН.
Время было выбрано тоже грамотно. Новые власти Армении успели надоесть ближайшему союзнику (покровителю) — России.
До начала второй войны в российских проправительственных медиа (Russia Today) началась тяжелая «артиллерийская подготовка» в сторону премьер-министра Никола Пашиняна.
Его обвиняли чуть ли не во всех грехах и самое страшное — в сотрудничестве с фондом Сороса с целью прихода во власть.
Кроме того, в Армении прошла первая эйфория от «бархатной революции» 2018 года, и народ стал ожидать от нового правительства конкретных результатов — но вместо этого получал еженедельную демагогию в Facebook.
Рейтинг Пашиняна и его фракции «Мой шаг», видимо, стал падать.
В это же время в США проходили президентские выборы, Трампу было не до Кавказа. Европа завязла в коронавирусе. Только Франция принимала необязательные к исполнению резолюции, но ее особо никто не услышал.
С Россией и Турцией все, скорее всего, было согласовано заранее.
Можно ли было избежать войны?
Война за территории в начале 21 века, даже в конце 20-го кажется анахронизмом. Но тем не менее министр обороны Армении Давид Тоноян в марте 2019 года говорил: «Формулу «территории в обмен на мир» я перефразировал в формулу «новая война — новые территории».
Теоретически, конечно, можно было избежать новой войны. И самый разумный путь к этому предлагал первый президент Армении Левон Тер-Петросян осенью 1997 года:
«Отрицание компромисса и максимализм являются самым коротким путем к усугублению ситуации в Армении и полному краху Карабаха. Речь не о том, возвращать Карабах или нет. Речь о том, чтобы сохранить Карабах армянским: три тысячи лет он был населен армянами и должен быть населен армянами еще три тысячи лет.
Избранный мною путь обеспечит эту перспективу. Армения и Карабах сегодня сильны как никогда, но без урегулирования через год-два они станут несравнимо слабее. О том, что мы отвергаем сегодня, в будущем нам придется просить – как многократно происходило в нашей истории».
Армения могла отказаться от максимальных требований, освободить оккупированные районы вокруг бывшей Нагорно-Карабахской области Азербайджана и договориться о статусе, который обеспечил бы одинаковые права как армянскому большинству, так и азербайджанскому меньшинству региона.
Но Тер-Петросяна свергли, новые власти Армении решили затянуть переговоры до бесконечности. Как говорят на Востоке, «авось умрет или хан, или ишак» (или «после нас хоть потоп», как говорили во Франции)
А «семь условий» Никола Пашиняна и вовсе поставили крест на переговорном процессе.
Мог бы Азербайджан избежать войны?
Конечно. Надо было «всего лишь» отдать Нагорный Карабах Армении, желательно еще и два района — Кельбаджар и Лачин — в виде бонуса. А, может, еще и Нахичевань.
«Давайте жить дружно, лишь бы не было войны»? Разумеется, это ирония.
На самом деле, войны можно и нужно было избежать, если бы обе стороны отказались от принципа ”Vae Victis!” (“Горе побежденным»).
Сколько раз Армения и Минская группа ОБСЕ, особенно сопредседатель от России, призывали Азербайджан смириться с «военными итогами конфликта», признать результаты «голосования пулями».
Как ни горько это заметить, первый тур «голосования пулями» не дал решающего преимущества, пришлось, к сожалению, проводить второй тур, где результат оказался другим.
Призыв к «военным итогам» и «голосование пулями», надеюсь, после этого уйдет в архив.
![](https://jam-news.net/app/uploads/2020/12/124644695_3913128178715423_3941791917418136344_o-1024x683.jpg)
Что дальше?
Дальше нас, то есть Азербайджан, ждут три сценария развития: сецессия, консервация или интеграция.
Или говоря простым языком: отделение, замораживание или объединение.
Рассмотрим все плюсы или минусы для азербайджанской стороны.
Сецессия
Территория Нагорного Карабаха, точнее, та ее часть, которая осталась под защитой российских миротворцев, передается под контроль Армении.
Конечно, не безвозмездно, а в обмен на сопоставимую территорию, например, полосу вдоль армяно-иранской границы для сухопутной связи Нахичеванской Автономной республики с остальной частью Азербайджана.
Этот план не новый, его обсуждали во время переговоров в 2001 году в Ки-Уэсте, США.
Плюсы очевидные:
Отрезается часть организма, которая доставляла столько неприятностей и гарантированно будет доставлять и дальше.
Можно спокойно, без оглядки на линию фронта, заниматься восстановлением и развитием остальной части Карабаха, в том числе и низинного (Агдам, Физули и др.).
Коридор в Нахичевань переходит под суверенитет Азербайджана, а не остается под контролем миротворцев, как предусмотрено в тексте соглашения от 10 ноября.
Минус один, но он перечеркивает все плюсы:
За что же умирали солдаты и офицеры, раз территорию придется все равно отдавать?
Консервация
Состояние «ни мира, ни войны» продлевается на неопределенное время, теперь уже при участии российских миротворцев.
Если называть все своими именами, это значит, что Азербайджан и Россия поделили между собой Карабах.
Лично мне этот вариант кажется хуже, чем предыдущий — там хотя бы есть ясность.
Все равно в оставшуюся часть Нагорного Карабаха, допустим, в Ходжалы, азербайджанские переселенцы при таком раскладе вернуться не смогут. Какая тогда разница, кто там хозяин — армяне или россияне.
И история доказывает, что россияне, войдя на какую-то территорию, почти никогда ее не покидают.
Этот вариант как постоянное давление и на Армению и на Азербайджан, по-моему, не должен устроить ни одну из сторон. Но тем не менее пока что он наиболее вероятный.
Интеграция
Постепенно оставшаяся часть Нагорного Карабаха объединяется с остальной территорией Азербайджана, с которой она тесно связана географически.
Но интеграция не должна означать ассимиляцию. Для полноценной и безболезненной интеграции необходим особый статус для оставшейся части Нагорного Карабаха. Статус, при котором будут гарантированы все политические и человеческие права как армянского большинства, так и азербайджанского меньшинства.
Сегодня президент Ильхам Алиев говорит, что ни о каком особом статусе и речи быть не может (он говорит это в более грубой форме, к сожалению).
Но любопытная деталь: он в последний раз добавил: «Пока я президент». А президент он пока до 2025 года. В том же году истекает пятилетний мандат российских миротворцев.
Кажется, 25 год будет новой вехой (milestone) в истории карабахского конфликта.