Война и шахты. Выживут ли шахтерские города на востоке Украины
В Восточной Украине, близко к линии фронта, шахтерские города приходят в упадок. Правительство Украины собирается либо закрыть, либо продать большинство шахт – те, что не приносят прибыли. Что ждет жителей шахтерских городков в зоне конфликта и есть ли у них будущее? Репортаж украинской телекомпании «Громадское».
Полная версия материала на сайте Громадского
“Самый украинский город”
«Вон там стадион наш «Украина», универмаг «Украина», город Украинск, гастроном «Украина», шахта «Украина». Все «Украина» у нас было названо. Самый украинский город!»
Экскурсию для заезжих журналистов вызвался провести Сергей. Он шахтер на пенсии. В городе Украинске, впрочем, практически все шахтеры. Если не нынешние, то бывшие или будущие. Другой работы здесь просто нет. Даже название города — производное от названия шахты «Украина».
Согласно статистике, население Украинска — 11 тысяч человек.
• Город Ткуарчал в Абхазии — бывшая угольная столица, пытающаяся выжить
• Ткибули – город в Грузии, привыкший к смерти
• Восточная Украина: умирающие в очередях за пенсией на линии фронта
Хотя в 1991-м Сергей на референдуме голосовал за независимость Украины, а в 2013-м ездил поддержать протестующих на Майдан, о советских временах он говорит с ностальгией:
«Квартиры давали, люди ехали со всего СССР! Отец из Беларуси приехал, мать — из Житомира», — продолжает он экскурсию в пространстве и времени.
Но период расцвета давно в прошлом. В отличие от других шахтерских городков Украинск стал депрессивным еще в 90-х — из него уезжали в поисках работы, за которую платили бы деньги.
Сергей в Украинске оставаться не собирается. «Уже уехал бы, — уточняет, — коронавирус помешал».
![](https://jam-news.net/app/uploads/2020/09/гро3-1024x684.jpg)
Поздней осенью 2002-го Виталий Нешин, которому тогда было 36 лет, стал мэром Украинска. И сразу столкнулся с полным коллапсом системы. Сегодня, глядя на опустевшие многоэтажки, сложно поверить, что когда-то в этом городе ситуация была еще хуже.
Самый амбициозный его шаг на должности мэра — обещание отдавать людям, которые переедут в Украинск, брошенное жилье. Поскольку от Украинска до Донецка всего 60 километров, многие соглашались с расчетом, что будут работать в областном центре. Около тысячи семей действительно переехали, но после начала войны большая их часть покинула город.
Убыточность угольной отрасли в Украине связана с устаревшим оборудованием для добычи угля и минимальными вложениями в модернизацию. Из-за этого себестоимость угля постоянно растет. За последние четыре года цена добычи одной тонны угля увеличилась вдвое — с 2 100 гривен в 2015-м до 4 300 в 2019-м [около $96 и $166 в пересчете на курс 2015 и 2019 годов].
«С закрытием предприятия тут просто будет пустое место. Останутся здесь пенсионеры, которые будут доживать свой век», — говорит директор шахты «Украина» Сергей Вахула.
На шахтах «Украина» и «Тошковская» добывают уголь марки ДГ (длиннопламенно-газовый). Его используют главным образом на тепловых электростанциях для производства электроэнергии. Доля такого угля в энергобалансе Украины — около 30 процентов.
В 2014 году здесь работали почти две тысячи человек, сейчас — 1 090. «Украина», впрочем, не отгружает уголь уже более года. Тем не менее директор убеждает, что у предприятия есть будущее.
«Шахта перспективная… Нам нужно примерно 350 миллионов гривен [около $12,7 млн] на оборудование для добычи угля. И эти вложения окупятся в течение года», — уверен он.
![](https://jam-news.net/app/uploads/2020/09/гро1-1024x684.jpg)
Фото: Макс Левин/hromadske
Экологические последствия
Сторонники закрытия шахт говорят о вреде экологии, который наносят эти предприятия. Но и противники уверяют, что их закрытие может привести к серьезным экологическим проблемам.
Директор шахты «Тошковская» Олег Авдиенко приводит три аргумента, почему украинская угольная промышленность должна продолжать функционировать: нет гарантий, что Украина и в будущем сможет покупать дешевый уголь за границей; у каждого работника шахты в среднем четверо членов семьи, и если он лишится работы, они останутся без кормильца; неконтролируемое закрытие шахт приведет к проблемам с экологией, а контролируемое обойдется в огромные суммы.
Другое мнение у координатора программы «Изменения климата и энергетическая политика» Фонда им. Генриха Белля Оксаны Алиевой: «Ни для кого не секрет, какое негативное влияние на здоровье оказывает добыча угля. Причем не только на шахтеров, но и на всех жителей этого города. Доля людей с респираторными заболеваниями, с заболеваниями легких там значительно выше, а продолжительность жизни гораздо меньше».
![](https://jam-news.net/app/uploads/2020/09/Гро2-1-1024x683.jpg)
Фото: Макс Левин/hromadske
Закрыть или приватизировать
«У нас 33 действующих государственных шахты на подконтрольной территории, — рассказывает заместитель министра энергетики Украины Максим Немчинов. — Приблизительно половина шахт нам нужна для генерации электроэнергии. Вторая половина не настолько привлекательна. Но мы дадим им шанс, будем искать для них частных инвесторов. Если же инвестор не будет найден, эти шахты ждет ликвидация».
Согласно действующей энергетической стратегии Украины государство до 2025 года должно закрыть или приватизировать все нерентабельные шахты, отмечает эксперт Оксана Алиева. Однако уверенности в том, что это будет сделано, у нее нет.
Правительство Германии предложило Украине профинансировать трансформацию одного из угольных моногородов (городов, зависящих от одного предприятия). Украинская сторона хочет, чтобы пилотный проект реализовали в двух городах — по одному из Донбасса и Львовско-Волынского каменноугольного бассейна.
«Только четыре шахты, которые остались на подконтрольной территории, рентабельны. Остальные мы, по сути, финансируем из бюджета», — говорит Оксана Алиева.
Она называет угольный сектор одним из наиболее коррумпированных в Украине.
При поддержке “Медиасети”