Мнение: «Вопрос о том, кто станет следующим патриархом, интересен не только Грузии, но и России»
Мнение о следующем патриархе Грузии
Политолог Вахтанг Дзабирадзе, комментируя смерть Католикоса-Патриарха Грузии Илии II и последующую смену власти, заявил, что было бы хорошо освободить церковь от политики, но это практически невозможно в реалиях Грузии. По его мнению, вопрос о том, кто станет следующим патриархом, интересен не только для грузинской, но и для российской политики.
Кроме того, политолог раскритиковал тот факт, что в день похорон Патриарха в собор Святой Троицы были допущены только члены правящей партии и их окружение, и добавил, что там должны были присутствовать и лидеры оппозиции.
Католикос-Патриарх Грузинской православной церкви Илиа II был похоронен в воскресенье, 22 марта 2026 года, в Сионском соборе в Тбилиси. После пяти дней траура страна попрощалась с человеком, который на протяжении почти полувека определял направление развития церкви, а зачастую и всего общества. Похороны Илии II стали масштабным историческим событием и демонстрацией коллективных эмоций.
Вахтанг Дзабирадзе: «Конечно, когда такая фигура уходит из жизни, будь то священнослужитель или мирянин, возникает огромная пустота, которую трудно заполнить в любой ситуации. В случае со смертью Патриарха эта пустота особенно глубока. Он обладал огромным авторитетом.
Патриарх был отцом, мы братья, и отношения между братьями не могут быть такими же, как между Патриархом и нынешними членами Синода. Кто бы ни стал Патриархом, существуют разные группировки с разными политическими интересами. Трудно сказать, будут ли государство и политическая элита нейтральны.
Даже в траурные дни, когда высокопоставленные священнослужители затрагивали эту тему, они постоянно говорили о том, что наследник, тот, кто будет возведен на Патриарший престол, не обязательно станет Католикосом-Патриархом. Единственное, что можно предположить, и, скорее всего, так и будет, это то, что мы столкнулись с довольно сложным процессом.
Патриархат остался единственным институтом в жизни нации, сохранившим единство до сегодняшнего дня. Я бы хотел, чтобы он сохранил это единство и после избрания нового Патриарха, а не раскололся. Потому что это действительно повлияет на все общество. Мы и так уже раздроблены и децентрализованы, и если к этому добавить еще и религиозный аспект, каким бы политизированным он ни был, это будет плохо для нации и страны в целом.
Что касается шансов епископа Шио (главного претендента на пост — JAMnews), мне сложно что-либо предсказать, поскольку я не знаком с внутренней жизнью Патриархата. Сегодня я обсуждаю эту тему, основываясь только на действительности и данных, предоставленных патриархами.
Епископ Шио находится у власти уже долгое время, и, похоже, он более или менее установил контакт с правительством, но это не означает, что у правительства не может быть другого выбора. Ему, конечно, нужен абсолютно послушный кандидат. Я не могу сказать, соответствует ли епископ Шио этим критериям или нет.
Кто станет Патриархом? Эта тема интересна не только для грузинской политики, но и для соседней Русской православной церкви. Естественно, у них есть свои интересы, даже в отношении признания автокефалии Украины. Есть вопросы, связанные с тем, какие процессы будут развиваться в Пицундской и Сухумо-Абхазской епархии. Здесь много интересов.
Политика в каждой стране заинтересована в нормальных отношениях с церковью. По возможности, конечно, она будет доходить до того, чтобы ее влияние распространялось на церковь и на весь религиозный сектор. Ясно, что для церкви было бы хорошо быть свободной от политики, но это практически невозможно в наших реалиях. Возможно, в Синоде есть люди, у которых не полностью налажены отношения с правительством и которые не будут учитывать мнение правительства, но большинство сегодня все же будет учитывать отношение правительства к тому или иному кандидату.
Если говорить честно и откровенно, то оппозиция в Грузии не имела большого значения при всех правительствах, включая правительство «Единого национального движения». Если бы они правили сегодня, что бы изменилось? Разве «Единое национальное движение» разослало бы приглашения на похороны представителям оппозиции? Нет — в этом-то и проблема.
Проблема в том, что мы не смогли избавиться от принципа тоталитарного правления. Мы получили независимость, но сохранили тоталитарную систему управления.
К сожалению, в нашей стране не было такого политического правительства, которое не считало бы оппозицию врагом. Если это враг, предатель, шпион, то правительство должно это доказать и арестовать. Понятно, что «Грузинская мечта» завела речь о полном запрете оппозиционных партий, но я думаю, что это всего лишь заявление, и ничего больше. То, что произошло [на похоронах], это плохо. Представители оппозиции должны были там присутствовать. Но такова реальность по всей стране, и именно в этом наша проблема.
Правительству всегда придается решающее значение, и у него всегда есть ресурсы, чтобы сделать первый шаг, если оно действительно этого захочет, но действительно ли оно этого хочет? Что, есть шанс, что правительство будет обеспокоено заявлениями Патриарха и начнет менять свою политику завтра или послезавтра? Я так не думаю.
Правительство чувствует себя прекрасно. Возможно, у него нет широкой поддержки населения, но институты работают безупречно. Оно не испытывает никаких проблем из-за того, что общество раздроблено. Напротив, это позволяет правительству маневрировать и использовать политическую ситуацию для удержания власти. Оно делало это до сих пор и будет продолжать делать это в будущем. Ничья воля не заставит его отклониться от этого пути.
Все правительства, особенно при таком режиме, как в этой стране, предпринимают решительные шаги только тогда, когда им угрожают. Сталкивается ли правительство сегодня с какой-либо угрозой со стороны оппозиции или общества? Нет. Они чувствуют себя отлично и контролируют все институты. Растущая изоляция от Запада — это проблема. Но пока она не распространится на общество, правительству ничего не угрожает.
Вы хотите освободить задержанных из-за воли или траура? Что ж, Лукашенко нашел новую форму отношений, обменивается заключенными и более или менее налаживает связи.
В любом случае, у него сейчас отношения с Америкой лучше, чем вчера и позавчера. Правительство Грузии это видит и думает, почему бы и ему не сделать то же самое?
Когда недовольство правительством внутри страны достигнет критического уровня, только тогда появится реальный шанс, что государство пойдет на уступки. До тех пор ни один институт не рухнет. В истории Грузии смена правительства происходила в периоды, когда недовольство в обществе достигало своего пика».
Мнение о следующем патриархе Грузии
Новости, события в Грузии
