Коронавирус на Северном Кавказе: огромный рост жертв и недоверия к властям
Массовое отрицание пандемии сменяется на Северном Кавказе возмущением и отчаянием.
На Северном Кавказе за сутки зафиксированы 428 новых случаев заражения коронавирусом, в целом с начала эпидемии 11 548. Однако мало кто верит, что эти цифры реальные.
Северная Осетия: в больницах не хватает мест
В Северной Осетии быстро увеличивается число инфицированных. За последние сутки заразились 93 человека, в целом 1 253. Девять человек скончались.
Однако в республике резко растет другая статистика — ее составляют пациенты с диагнозом внебольничная пневмония.
За сутки в Республиканской больнице проводят больше двухсот исследований на компьютерном томографе, тогда как обычная норма — 30.
- Коронавирус из лаборатории в китайском Ухане — или сокрытие информации? В чем Запад обвиняет Китай
- Почему в Украине заражаются врачи?
- Турция готовится открыть туристический сезон уже в конце мая. Как это будет организовано. Фото
- Коронавирус, хроника по Кавказу и миру
Пациентов с коронавирусом и двусторонней внебольничной пневмонией госпитализируют в две крупнейшие республиканские больницы. Но там уже не хватает мест, и людей с этими диагнозами укладывают и в районные больницы в Ардонском и Пригородном районах.
На видео, распространяющемся в соцсетях, снят двор одной из больниц, принимающих пациентов с коронавирусом и внебольничной пневмонией. Там скопление прибывающих машин «скорой помощи».
Posted by Бадри Газзати on სამშაბათი, 05 მაისი, 2020
Поступает информация о заражениях священников и в монастырях, которые все больше закрывают для посещения, как, например, женский монастырь в селении Тамиск.
В социальных сетях сообщают, что настоятель храма Покрова Богородицы во Владикавказе госпитализирован с коронавирусом. Остальные священники церкви отправлены в двухнедельный отпуск, храм закрыт, все помещения продезинфицированы, карантин продлен до 16 мая.
Власти связывают такой резкий рост с массовым нарушением режима самоизоляции во время несанкционированного митинга во Владикавказе 20 апреля.
На 5 мая в России, по официальной информации, выявлены более 150 тысяч случаев инфицирования коронавирусом. Только за последние сутки — 10 102 новых случая. 1 451 человек умер в России от коронавируса.
Ингушетия: лекарства есть, но они в «своих» аптеках
Ингушские паблики распространяют видео об очередном скандале в Республиканской больнице в Назрани.
Молодой человек, который, по информации авторов канала, потерял мать, ворвался в инфекционное отделение, где лечат больных коронавирусом. Он снимал на камеру палаты и говорил, что в больнице не хватает лекарств, и он лично покупал медикаменты для лечения от коронавируса.
Заявление главы министерства здравоохранения Ингушетии Заремы Льяновой о том, что всего хватает, он назвал ложью.
На 5 мая в Ингушетии, по официальной информации, 966 случаев заражения, 26 смертей.
В социальных сетях утверждают, что медикаменты в республике есть, но руководители минздрава отправляют их в принадлежащие им аптеки. А потом посылают родственников их там скупать. Как пишут в соцсетях, эта схема в Ингушетии работает уже 25 лет.
Недоверие к местной системе здравоохранения настолько велико, что нападения на медучреждения происходят систематически.
Дагестан: угроза массовых смертей
Дагестан обогнал другие регионы юга России как по темпам роста числа инфицированных, так и по общему их числу.
На 5 мая в Дагестане инфицированы 2 086 человек, 14 из них погибли.
Особо катастрофическая ситуация складывается в райцентрах, где говорят об угрозе массовых смертей.
30 апреля в Instagram-паблике tut.dagestan появилось обращение, написанное от имени жителей села Гергебиль, одного из райцентров республики.
«У нас в селе умерли уже 12 человек за прошедшие несколько дней. Еще столько же в крайне тяжелом состоянии. Почти все жители села больны. Больницы переполнены, многие лежат дома.
В больницах нет средств диагностики, нет лекарств, нет расходных материалов. Все, что есть в больнице, включая кислородные баллоны, жители приобрели сами, на свои деньги. Все жители села скидываются и закупают лекарства и меняют баллоны кислородные», — говорится в обращении.
Похожая ситуация и в других районах Дагестана.
«Точно такая же ситуация и в Кайтагском районе. Больницы переполнены больными с пневмониями. Моя мама фельдшер в маленьком поселке, и там столько больных с вирусом, что медработники не успевают к больным. Защитных средств нет, даже жаропонижающих средств нет. Медработников как пушечное мясо используют«, — пишет в своем Instagram ramazanova.aikhanum.
Житель Махачкалы Муслим Мусаев подтвердил JAMnews, что ситуация в республике «очень тревожная».
«Сейчас это коснулось наших соседей, родных. Люди массово внезапно заболевают пневмонией. Мы столько времени не осознавали, как это опасно — ездили на море, на пикники. Основным источником коронавируса стали те, кто вернулись домой из регионов России, в основном из Москвы».
С 3 мая полностью закрыли город Хасавюрт.
Общественный деятель, блогер Махач Абдуллаев говорит, что у местных властей «свой Дагестан в каком-то параллельном измерении». А между тем, есть настоящий Дагестан, с ужасом в Гергебиле, Губдене, Избербаше и Кизляре, говорит он.
COVID-диссидентов на Северном Кавказе уже меньше, но они еще есть
![](https://jam-news.net/app/uploads/2020/05/95385474_645219996040876_3043742481138057216_n.png)
Пока врачи борются за жизни пациентов с коронавирусом, на Северном Кавказе по-прежнему активны «COVID-диссиденты». Они продолжают свою пропаганду в соцсетях, призывая людей не верить в пандемию и не сидеть дома.
Многие, однако, при этом противоречат сами себе. Например, отрицая коронавирус, они обвиняют станции сотовой связи в распространении этого вируса.
На территории Северной Осетии нет ни одной вышки 5G. Однако жители села Ногир под влиянием онлайн-пропаганды сожгли расположенную там старую антенну одного из сотовых операторов — и остались без интернета.
Ингушский общественный деятель Тамирлан Акиев, оценивая ситуацию на Северном Кавказе, говорит, что чем больше люди будут умирать от коронавируса, тем больше они будут понимать, что пандемия реальна.
Было бы хорошо остановить COVID-диссидентов до того, как это произойдет, говорит он.