Как в Армении свободу слова терпели
На фоне эскалации репрессий против журналистов в наиболее проблемных странах и скандальных изменений медийного законодательства в некоторых странах-членах Евросоюза Армения в плане свободы слова видится тихой гаванью.
На первый взгляд, здесь давно ничего не меняется ни в лучшую, ни в худшую сторону. Телевидение как главный источник информации остается под бдительным политическим контролем, радио завязло в музыкально-развлекательном формате, независимая расследовательская журналистика выживает исключительно за счет зарубежных грантов.
Зато свободу он-лайн и печатных СМИ ничто, кроме их финансовых возможностей, не ограничивает. Нет журналистов, попавших за решетку или под неподъемное бремя денежных штрафов. И даже «евразийские ветра», которых армянская продемократическая общественность опасалась после вступления страны в ЕАЭС, не нарушили внешний покой этой гавани.
![](http://jam-news.net/Uploads/Publication/1523/ContentImages/Ru-ru/media_work1.jpg)
Однако чуткие к атмосферным колебаниям наблюдатели не могут не замечать тревожные признаки изменений климата.
Показательной в этом смысле стала реакция представителей армянского истеблишмента на неудобные вопросы журналистов во время мероприятий в честь Дня армянской армии 28 января. «Опротивели уже!» — так директор службы национальной безопасности Горик Акопян (с 12-го февраля назначен советником президента) громогласно резюмировал свое прохождение через строй прессы, интересовавшейся ожидаемыми изменениями в его ведомстве.
А глава Араратской епархии Армянской Апостолькой церкви Навасард Кчоян не нашел иного аргумента для отказа прокомментировать компрометирующие его слухи, кроме заявления журналистам: «Вы не являетесь представителями общественности» (мол, «я не обязан вам ничего объяснять»).
Видеосюжеты с этими эпизодами широко распространились по виртуальным просторам, вызвав массу откликов.
Главный редактор газеты «Аравот» Арам Абрамян попытался объяснить природу «высоких отношений» духовного пастыря и «силовика» с представителями СМИ в своей передовице: «…они уверены, что все журналисты — это «путающиеся под ногами», «кляузные», «пишущие на заказ» некие сомнительные личности, которых приходится терпеть по непонятным причинам».
Усиливающийся иммунитет к критике и пренебрежение репутационными рисками все больше присущ высшему чиновничеству и олигархам, ощущающим себя полноправными хозяевами страны и представленным, как правило, одними и теми же лицами. Их частные интересы и сопротивление реформам всегда были факторами, препятствующими прогрессу в разных сферах, в том числе в медийной. При этом забота о международном имидже – одна из тех самых «непонятных причин» — вынуждала официальный Ереван идти в каких-то вопросах на компромисс с гражданским обществом и отстаивающими свои права журналистами.
Как следствие, в конце 1990-х удалось предотвратить сохранение государственного вещателя, который, согласно законопроекту, прошедшему в парламенте первое чтение, должен был сосуществовать с вновь создаваемым де-юре общественным. Позже была отменена обязательная регистрация СМИ, отбиты поползновения на свободу интернета и попытки надавить на нелояльную прессу лавиной диффамационных исков от представителей околовластных кругов.
Совсем недавним значимым успехом стало постановление Конституционного суда от 20 октября 2015, остановившее практику вольной интерпретации следственными и судебными органами принципа защиты источников информации. Это вряд ли произошло бы, не будь консолидированной позиции СМИ, общественных объединений и международных организаций, прежде всего офиса ОБСЕ по свободе СМИ.
Благодаря подобным компромиссам информационная ситуация в Армении оценивается различными рейтинговыми исследованиями («Фридом хаус», «Репортеры без границ») как более благополучная, чем в большинстве постсоветских стран, в частности, у ее партнеров по Евразийскому экономическому союзу.
Но в последнее время призывы к власть имущим – как извне, так и изнутри – соблюдать приличия достигают цели все с большим трудом. Причиной тому и выбор Арменией интеграционного вектора, и бОльшая в новых геополитических реалиях терпимость западных партнеров Еревана к отходу от демократических стандартов.
23 июня 2015 от правоохранительных органов, разгонявших на столичном проспекте Баграмяна участников протеста против подорожания электроэнергии, досталось и журналистам.
Помимо нанесенных травм были преднамеренно повреждены редакционная техника и носители памяти. Однако уголовное дело, возбужденное по поводу чрезмерного применения силы в отношении полутора сотен протестующих и представителей СМИ, вел только один следователь. Лишь после вмешательства журналистских и международных организаций, спустя три месяца, была создана специальная следственная группа. Но до сих даже не у всех пострадавших взяты показания.
Ход расследования оставляет все меньше сомнений, что в очередной раз ни один полицейский, ни одно должностное лицо не понесут ответственность за превышение полномочий и препятствование профессиональной деятельности журналиста. Новизна здесь, по сравнению с похожими инцидентами прошлых лет в том, что почти все эпизоды противоправных действий правоохранителей и отдаваемых им команд оказались зафиксированными на фото, видео и распространены в сети. Причем конкретные лица, в том числе высокопоставленные чины, легко идентифицируемы. Значит, для сокрытия преступлений властям и контролируемому ими следствию потребуется особая степень цинизма.
Примерно такая, как проявилась при принятии изменений в закон «О телевидении и радио» под занавес 2015. В распоряжении правительства и Национального Собрания (парламента) был законопроект независимой группы экспертов, разрабатываемый с 2010, широко обсужденный в разнообразных форматах и получивший позитивную оценку ОБСЕ и Совета Европы. Однако в итоге он был проигнорирован.
Как и любое постыдное деяние, все произошло поспешно и в обстановке секретности. В течение двух дней из правительства в НС поступил и был проголосован в двух чтениях другой законопроект, который до этого никто, кроме авторов и непосредственных заказчиков, не видел.
Поскольку поспешность голосования была обоснована обязательствами по переходу на цифровое вещание (вопрос, чем занималось правительство с 2006, когда на разработку соответствующей стратегии были затрачены десятки тысяч долларов, остается риторическим), пропустим прочие несуразности документа и обратимся к главному.
Для полного отключения, в соответствии с международными регуляциями, аналогового вещания и недопущения при этом закрытия большинства региональных телеканалов изменения в законе должны были предусмотреть процедуру образования (лицензирования) частных мультиплекс-операторов. Теперь таковая имеется, но…
Во-первых, лицензирован, согласно принятому закону, может быть только оператор, покрывающий цифровым сигналом все страну и пользующийся исключительно собственной коммуникационной инфраструктурой. Если перевести данное требование на общедоступный язык, оно означает, что решить судьбу «зависших» в аналоговой неопределенности региональных телекомпаний может только особо крупный инвестор. А для проникновения на армянский вещательный рынок малого и среднего бизнеса замурованы все щели.
Иными словами, при снижающихся доходах медийной индустрии либо долгожданным частным мультиплекс-оператором станет очередной монополист (читай, кто-то из нынешней олигархической номенклатуры), либо таким монополистом останется государство со всеми вытекающими последствиями для потенциальных независимых телевещателей.
![](http://jam-news.net/Uploads/Publication/1523/ContentImages/Ru-ru/Media_work.jpg)
Во-вторых, принятый закон защищает власти Армении даже от чуда в виде не зависящего от них особо крупного инвестора. С этой целью для мультиплекс-оператора предусмотрена усложненная процедура лицензирования, т.е. национальный регулятор – тот самый, который, к примеру, 13 раз отказывал в лицензии неугодной властям телекомпании «А1+» — найдет причины отвергнуть любую заявку.
По-хорошему, после принятия такого закона должна быть приостановлена любая международная помощь Армении, направленная на развитие малого и среднего предпринимательства, содействие свободной конкуренции и борьбу с коррупцией. Но ничего подобное и близко не происходит.
Так почему бы представителям армянского истеблишмента не забыть о «непонятных причинах», вынуждающих их терпеть «опротивевшие» СМИ?