Всеобщее инклюзивное образование в Армении. Основательная реформа или необдуманный эксперимент?
Армения переходит на всеобщее инклюзивное образование – процесс идет поэтапно по всем областям. Это означает, что обучение всех детей с особыми потребностями будет проходить исключительно в общеобразовательных учреждениях – без отрыва от семьи.
Процесс начался в 2016 году и завершится в 2025-м. До 2019 года к этой системе обучения уже перешли четыре области страны. В этом году к ней переходят столица и еще две области – Ширак и Арагацотн.
Параллельно специальные школы, где до реформы учились и жили большую часть недели дети с инвалидностью, будут закрыты или переформированы в центры, которые будут оказывать педагогическую и психологическую помощь.
Противники реформы указывают на то, что ученики специальных школ и без нее возвращались домой на выходные.
Однако теперь говорится о том, чтобы совсем не отрывать детей от семьи.
В Армении многие сомневаются, что реформа образования до конца продумана. В частности, неоднозначно к ней относятся сотрудники специальных школ, эксперты и родители детей с инвалидностью.
В этом исследовании – попытка выяснить мнения, познакомиться с предложениями и опасениями всех заинтересованных сторон и международным опытом.
• О детях с инвалидностью – своих и приемных
• Работа для людей с инвалидностью. Фоторепортаж из кафе в Армении – дорогом, но популярном
• В одном классе – обычные дети и особенные. Так пытаются сделать в Армении
Всеобщая инклюзивная система образования в Армении
![](http://jam-news.net/app/uploads/2019/12/Anahit_Muradyan-300x214.jpg)
«У каждого ребенка есть право жить в семье, и у каждого есть право получить образование. Давайте совместим эти права и посмотрим, что получается. Получается, что мы обязаны обеспечить для каждого ребенка возможность учиться в школе, находящейся ближе к месту его проживания», — комментирует формулу инклюзивного образования Армении Анаит Мурадян, главный специалист управления общеобразовательной системы при министерстве образования, науки, культуры и спорта.
По ее словам, армянская реформа не повторяет опыт других стран. Были приняты к руководству только советы ЮНЕСКО и было решено идти своим собственным путем – возможно, не самым простым:
«В 2017 году мы внедрили всеобщую инклюзивную систему в Тавушской области и ввели там новую позицию – помощника учителя. Те средства, которые мы тратили на организацию образования детей с особыми потребностями в нескольких школах, мы распределили на все школы области. Изменилась система оценки потребностей детей, финансирование государства будут получать только те из них, у кого тяжелые заболевания.
В прошлом дети с небольшой проблемой зрения получали от государства сумму на транспорт, питание, профессиональную помощь. В Тавуше программа была реализована очень успешно, Армения была признана единственной страной на постсоветском пространстве, где право на образование у детей защищено лучше всего. Более того, руководитель организации «Мост надежды», организовавшей процесс всеобщей инклюзивности, получил награду ЮНЕСКО за содействие качественному образованию детей с инвалидностью».
![համընդհանուր ներառական կրթություն, Գյումրի, հաշմանդամություն ունեցող երեխա, ծնողներ, հանրակրթական դպրոց, ներառականություն, հատուկ դպրոց, երգոթերապևտ, ֆիզիոթերապևտ, սոցիալական աշխատող, միջազգային փորձ, Հայաստան, Армения, всеобщее инклюзивное образование, Гюмри, ребенок с инвалидностью, родители, общеобразовательная школа, инклюзивность, специальная школа, эрготерапевт, физиотерапевт, социальный работник, международный опыт](http://jam-news.net/app/uploads/2019/12/Inclusive_education_featured.jpg)
Право выбора
«Почему родителей лишают права выбора? Это неправильно, чтобы родители вынужденно водили детей в общеобразовательные школы. Пусть они сами решают, оставить ребенка в спецшколе или водить в обычную. Я в свое время решила, что моему ребенку нужна именно специальная школа», — говорит Айкануш Азатян.
![](http://jam-news.net/app/uploads/2019/12/Edgar.jpg)
Ее сын в этом году окончил спецшколу в Гюмри для детей с умственным отставанием. Айкануш говорит, что не собиралась лишать своего ребенка возможности учиться в школе с с обычными детьми. Но годичный опыт в инклюзивной школе вынудил отказаться от этой мысли:
«В общеобразовательной школе он чувствовал себя слабее, беспомощнее. Моего ребенка дразнили, к нему плохо относились даже учителя. В инклюзивных классах учителя не могут концентрировать внимание на одном ученике. Как родитель я осознаю, что 30 других учеников страдают из-за моего ребенка. Ведь у них разные интеллектуальные возможности. В итоге они не понимают друг друга. Это естественно.
Я забрала его из инклюзивной школы, повела на индивидуальные занятия. Но и тут результата не было. Ребенку не нравились эти занятия, но я как мать настаивала, все равно водила. А в специальной школе мы стали одной семьей с классом, мой сын вставал в шесть утра, чтобы прийти на уроки в специальную школу».
![](http://jam-news.net/app/uploads/2019/12/Haykanush_Azatyan_with_Edgar.jpg)
Мнение эксперта
![](http://jam-news.net/app/uploads/2019/12/Serob_Khachatryan-300x300.jpg)
Эксперт сферы образования Сероб Хачатрян уверен, что переход на всеобщую инклюзивность проводится в спешке и без должной подготовки. Но он не видит и обратного пути. Считает, что просто для возникших в процессе проблем нужно искать решения:
«Мир не советует 100-процентную инклюзивность, всегда нужны специализированные школы, которые занимаются тяжелыми случаями. Даже те организации, которые занимаются в Армении инклюзивным образованием, и те не могут прийти между собой к согласию по всем вопросам, есть серьезные разногласия.
Одно из слабых звеньев – оценка образовательных потребностей детей. Если мы приходим к выводу, что этот ребенок не может учиться в общеобразовательной школе, исходя из интересов того же ребенка, не стоит его определять в школу. Все дети должны быть там, где может обеспечиваться их развитие. Если для кого-то лучше домашнее обучение, то правильно оно, если кому-то хорошо в школе – значит, правильно вести в школу, если в спецшколе ребенку хорошо – значит, это и есть верное решение».
Международный опыт
В Финляндии переход на инклюзивную систему стартовал в 1990-х годах. В это время число спецучреждений в стране резко сократилось. Однако до сих пор действует семь спецшкол, которые рассчитаны на детей с серьезными зрительными или слуховыми проблемами, а также умственными проблемами.
В этой стране дети с особыми потребностями обучаются в общих классах, где одновременно работают два учителя. В таких классах число учеников не должно превышать 25. Есть также специальные классы для детей с более серьезными проблемами, с которыми работают два-три специальных педагога и психолог. В таких классах не больше 10 учеников. И у каждого ребенка своя индивидуальная программа обучения – в соответствии с его возможностями, которая пересматривается минимум раз в год.
В Англии дети с особыми потребностями могут ходить в общеобразовательные школы. В случае, если школа по той или иной причине не удовлетворяет ребенка, он может перейти в специальную школу, где работают узкие специалисты.
При этом большинство спецшкол в Англии расположены на территории общеобразовательных, что позволяет обеспечить общение детей с инвалидностью с их сверстниками.
В Германии первые шаги по внедрению инклюзивного образования были сделаны в 1960-х.
Тем не менее здесь также продолжают действовать специальные школы или центры поддержки, которые посещают дети с серьезными физическими и умственными проблемами. Для каждого из них создается индивидуальный план развития, предоставляется специальная профессиональная помощь. И родители вправе выбирать, в какой из этих школ их ребенку будет лучше.
Временные решения
Столкнувшись с первыми проблемами, в министерстве образования параллельно с внедрением инклюзивного образования организовали домашнее обучение для части детей с особыми потребностями. В частности, после переформирования специальной школы, действовавшей в городе Ванадзоре, для 15 учеников из 45 организовали обучение на дому. По словам начальника управления общеобразовательной системы, домашнее обучение противоречит идее инклюзивности, однако в сложившейся ситуации пришлось искать временные решения.
![](http://jam-news.net/app/uploads/2019/12/Naira_Harutyunyan_Vanadzor_16school_director-300x200.jpg)
«После перехода на всеобщую инклюзивную систему образования изменилась как форма финансирования, так и ее суть. Не выделялись средства ни на транспорт, ни на питание. У нас были дети с глубоким аутизмом, с тяжелыми проблемами, и они не смогли уже посещать школу.
Это связано и с состоянием улиц и тротуаров, и с неприспособленным транспортом, и бытовыми проблемами. И мы столкнулись с новой проблемой – вынужденной организацией домашнего обучения», — объясняет причины директор школы номер 16 Ванадзора Наира Арутюнян.
Она добавляет — они также не заинтересованы в организации домашнего образования, так как на организацию домашнего обучения для одного ребенка уходит та же сумма, что и на целый класс из 32 учеников.
Кстати, большинство учеников спецшколы Ванадзора перешли в школу номер 16. Дети с проблемами легкой и средней тяжести с удовольствием ходят в школу, где нашли новых друзей, родители их тоже довольны.
В Ереване есть 12 спецшкол, в Ширакской области – две, в Арагацотне – одна.
Ереван по плану должен был перейти на всеобщую инклюзивность в 2016 году, однако процесс начался в 2019 году, так как стало очевидно – столичные школы не готовы к этим переменам. И теперь решено еще сохранить 6 спецшкол из 12. Объясняют это тем, что есть дети с тяжелыми заболеваниями, к тому же, в ереванские спецшколы могут приезжать дети из областей.
Обязательство есть, условий – нет
![](http://jam-news.net/app/uploads/2019/12/Sona_Ghratyan-300x200.jpg)
«На мой взгляд, дети, находящиеся в очень тяжелом состоянии, должны оставаться в специальных школах, потому что в маленьких городах и селах в школах нет элементарных условий.
Нет постоянного водоснабжения, одного взгляда на санузлы достаточно, чтобы понять, можем ли мы пойти на всеобщую инклюзивность», — говорит психолог Сона Гратьян.
• В школах и детсадах Армении отсутствуют элементарные гигиенические условия
Она пять лет работает в школе номер два города Артика. В этой школе с инклюзивной системой она помогает детям с инвалидностью.
Подписав конвенцию ООН «О правах людей с инвалидностью», правительство Армении обязалось обеспечить полноценную и равную со всеми реализацию прав и свобод этих людей.
Именно эта конвенция требует перехода на всеобщую инклюзивность, на внедрение которой Агентство международного развития США в рамках грантовой программы «Усиление системы инклюзивного образования в Армении» выделило министерству образования и науки Армении 825 тысяч долларов.
Сомнения относительно всеобщей инклюзивности и контраргументы
Директор ванадзорской школы номер 16 Наира Арутюнян приводит следующие аргументы:
«В законодательстве есть пробел. Дети с тяжелыми проблемами не всегда могут высидеть на всех занятиях. Они идут к психологу, потом к спецальному педагогу, проводят там час, а потом идут домой. Их заболевания не позволяют им долго оставаться в школе. И мы сталкиваемся с проблемой, когда ребенок отсутствует, но в журнале это не отмечается, потому что в случае 120 до 200 пропусков в течение учебного года назначается переэкзаменовка, а в случае 200 пропусков ребенок остается на второй год».
Между тем, в законодательстве четко прописано — каждый ребенок с особыми потребностями должен обучаться по своему индивидуальному плану, которого должны придерживаться учителя школы.
![](http://jam-news.net/app/uploads/2019/12/Inclusive_education_classroom_door.jpg)
Более того, дети с умственной отсталостью, согласно действующему порядку, освобождаются от проверки знаний в четвертом классе и выпускных экзаменов. А если пропуски были уважительными, то ребенок всего лишь должен дополнить пропущенные часы.
Директор ванадзорской школы поднимает и вопрос финансирования. Ранее общеобразовательные школы, которые обеспечивали инклюзивное обучение, за каждого ребенка с особыми потребностями получали от государства до 500 тысяч драмов [около $1000] в год. То есть примерно в пять раз больше, чем за других учеников. За каждого обычного ученика государство платит 110 000 драмов в год. А сегодня после перехода на всеобщую инклюзивную систему, за ребенка с особыми потребностями школа получает максимум 180 тысяч драмов [около $380].
Заместитель министра образования, науки, культуры и спорта Лусинэ Аракелян объясняет — изменение финансирования обусловлено новой системой расчетов: школа получает за каждого ребенка ту сумму, которая необходима для нужд конкретного ученика, то есть расчет производится исходя из индивидуальных потребностей.
В процессе перехода на всеобщую инклюзивную систему спецшколы переформируются в центры педагогической и психологической помощи. Их сотрудники — психологи, социальные и специальные педагоги, логопеды – согласно установленному графику будут посещать школы, чтобы помогать ученикам с особыми потребностями и их учителям. Согласно решению правительства, они могут это делать только после занятий.
![](http://jam-news.net/app/uploads/2019/12/Inclusive_education_closed_school.jpg)
А школьные учителя уверяют, что после занятий дети физически устают и им тяжело оставаться дополнительные часы, чтобы работать с психологом и логопедом.
«Ребенок должен участвовать в занятиях, но никто не говорит, что его нужно приковывать к стулу на четыре часа. Нужно составлять индивидуальные учебные планы и по ним вести занятия в школе, после чего будут работать специалисты центров», — утверждает представитель управления общего образования Анаит Мурадян.
Однако она не учитывает, что есть дети, которым вообще сложно перемещаться. И даже здоровые ученики устают после шести занятий, и им сложно оставаться на дополнительные.
![](http://jam-news.net/app/uploads/2019/12/Inclusive_education_specialists.jpg)
Но для облегчения задач, которые встали перед педагогами общеобразовательных школ, им предлагается профессиональная помощь.
![](http://jam-news.net/app/uploads/2019/12/Lusine_Arakelyan-300x292.jpg)
«В 2019 году вместе с ЮНИСЕФ мы разработали программу, согласно которой все преподаватели школьных предметов поэтапно будут проходить переподготовку по инклюзивности – не только теоретическую, но и практическую, получать помощь менторов. Наша цель – разрушить все стереотипы в сфере», — говорит замминистра образования Лусинэ Аракелян.
Учитывая все проблемы, связанные с переходом к всеобщей инклюзивности, она все же утверждает, что государство обязано реализовать право каждого ребенка на образование и обеспечить все необходимые для этого условия:
«Дети должны получать образование в школе, а не в закрытых заведениях. Это наш основной принцип, мы верим в эту идею. Назад дороги нет. Стержнем всех наших действий являются дети и их право на образование».