"Трудоустройте нашу молодежь, чтобы выкинули из головы Сирию"" />

Сирия как выход

"Трудоустройте нашу молодежь, чтобы выкинули из головы Сирию"

«Тархан – наш герой»

На «бирже» села Джоколо собрались десяток молодых людей. Беседуют о двух панкисских бойцах, о гибели которых вести из Сирии поступили с интервалом в несколько дней.

«Геройски пали»,

«Во имя Аллаха сражались»,

«Сейчас они шахиды», — говорят они.

Один из погибших — Абу Умар Аль-Шишани. Он же Тархан Батирашвили, панкисский парень с рыжеватыми волосами, который присоединился к «Исламскому государству» в 2012 году и меньше чем за три года из рядового бойца дорос до одного из  главных полевых командиров и министра обороны «Исламского государства». В 2014 году Батирашвили был включен США в черный список террористов. За информацию о его местонахождении была объявлена награда в пять миллионов долларов. Нерядовая карьера парня из села Биркиани – в Панкиси им гордятся.

Девять раз в СМИ появлялась лжеинформация о смерти Аль-Шишани. И только десятая по счету, распространенная 13 июня, оказалась правдой. Говорят, что информацию о гибели семье Аль-Шишани сообщил лично один из лидеров «Исламского государства».

«Он был тихим, стеснительным парнем», — говорит соседка, идущая выразить соболезнования семье Батирашвили.

В Панкиси имя бесстрашного полевого командира Аль-Шишани и без того было на устах, в последние же дни о нем говорят особенно восторженно. Для большей части молодежи, живущей в ущелье, Тархан – герой.

«Этот парень с нами рос, а потом уехал и потряс весь мир», — говорит один из них.

В ущелье не верят тому, что пишет пресса об Аль-Шишани – ко всем преступлениям ему еще и приписывают организацию массовых убийств.

«Тархан спас десять христиан, и за это его вызвали на шариатский суд, но и там  онсумел оправдаться», — рассказывают на «бирже» в Джоколо. О геройстве Батирашвили в ущелье ходит не одна легенда.

 Панкиси – параллельный мир 

Панкиси находится в 150 километрах от Тбилиси, хотя даже на поверхностный взгляд видно, что расстояние от ущелья до столицы куда больше.

В ущелье живут 15 тысяч жителей. Самые большие деревни — Дуиси, Джоколо и Биркиани, расположенные на берегу Алазани. Зимой и летом отсюда видны заснеженные кавказские горы. За ними в каких-то 30 километрах Чечня. В 19-м веке именно из Чечни в Панкиси перебрались предки сегодняшних наших хозяев. В Грузии их называют кистинцами. Согласно переписи 2016 года, в ущелье живут 5,700 кистинцев. 

Панкисские кистинцы — одни из самых хорошо интегрированных среди национальных меньшинств Грузии. Практически все они наравне с родным чеченским языком владеют и грузинским. В начале века их было больше – от войны в Чечне в Панкисском ущелье спасались сотни беженцев. Тогда кавказские горы стали убежищем для чеченских бойцов. И именно тогда Панкиси впервые был объявлен «опасной зоной». От этой репутации он не избавился и в последующие годы. Ни один другой регион Грузии не фигурирует в международной прессе так часто, как Панкисское ущелье.

В конце 90-х-начале 2000-х годов бесконтрольное ущелье превратилось в криминальный центр, где похищали людей, орудовала наркомафия, совершались тяжкие преступления. К этому добавлялись постоянные обвинения России в том, что Панкисское ущелье стало прибежищем террористов и там устроены их тренировочные базы.

С 2005 года ситуация вроде бы улучшилась, хотя и ненадолго. С началом конфликта в Сирии и появлением «Исламского государства» Панкиси стало опасностью нового масштаба.

Бывают случаи, когда ответ на вопросы о терактах, совершенных в различных точках мира, ищут в этом маленьком ущелье. Например, одним из организаторов теракта в Стамбуле 29 июня был назван Ахмед Чатаев – чеченский боевик, объявленный в розыск в России, скрывавшийся в Панкиси и задержанный грузинским властями в 2012 году в ходе спецоперации в Лопотском ущелье. Позже Чатаев попал под амнистию и был отпущен на свободу из грузинской тюрьмы.

«Панкисское ущелье», «терроризм», «Исламское государство» — снова в международной прессе эти слова замелькали вместе.

Более красноречивы цифры. По различным данным, сегодня в рядах «Исламского государства» сражаются от 40 до 50 молодых выходцев из Панкисского ущелья. Четверо из них – полевые командиры.

 Одиннадцатиклассник-исламист 

Утром второго апреля 2015 года одиннадцатиклассник Рамзан Багакашвили и его односельчанин десятиклассник Муслим Куштанашвили ушли в школу, но домой не вернулись.

Спустя несколько дней их фотография появилась в социальных сетях. 18-летний и 16-летний панкисские подростки в военной форме с автоматами в руках позировали на фоне черного флага «Исламского государства».

Интервью с матерью Рамзана Тиной Алханашвили мы записали несколько месяцев назад.

Как входишь в дом Рамзана, сразу начинаешь понимать, что семья нуждается.

Первое, что бросается в глаза во дворе — надпись «Р+», сделанная в нескольких местах. Другая буква тщательно стерта. Как говорит Тина Алханашвили, сын сам сделал надписи и сам же стер первую букву имени возлюбленной, чтобы никто не узнал.

Сама Тина Алханашвили дома ничего не меняет, пока сын не вернется. Единственное изменение в отсутствие Рамзана – появился телевизор, который одолжили близкие.

Интервью с Тиной Алханашвили часто прерывается – время от времени глаза женщины наполняются слезами, и ей становится трудно говорить. Особенно тогда, когда вспоминает детство Рамзана.

«Теплый и любящий был. В тот день проводила его в школу, а вечером его друг принес портфель. Когда спросила, где он, ответил, что не знает».

Несмотря на то, что местная молодежь уже достаточно давно перебирается в Сирию, случай Рамзана и Муслима оказался особенным.

С отъездом несовершеннолетних (да еще и на самолете), стало понятно, что за этим процессом стоят влиятельные и богатые люди, а границы Грузии плохо охраняются.

Тина Алханашвили говорит, что Рамзан не отличался чрезмерной религиозностью. Она уверена, что ее сыну «кто-то заморочил голову».

«Говорят, что в последнее время он ходил в мечеть в Джоколо. Не хочу кого-то называть, но все указывают на него», — говорит она.

 Главный вербовщик 

Того, чье имя Тина Алханашвили не называет, но подразумевает, зовут Аюп Борчашвили.

Он, бывший имам мечети Джоколо, сегодня обвиняется в связях с террористической организацией. Суд первой инстанции признал его виновным в пособничестве терроризму и приговорил к 14 годам лишения свободы. Сейчас его дело рассматривает апелляционный суд.

Согласно обвинению, выдвинутому прокуратурой, именно он является представителем «Исламского государства» в Панкисском ущелье и главным вербовщиком и именно он отправил в Сирию несовершеннолетних школьников.

В частных беседах не скрывают, что в мечети Джоколо исповедуют отличный от традиционного — радикальный ислам. Эту мечеть называют «ваххабитской».

В Дуиси и Джоколо функционируют две различные мечети, в обеих деревнях последователи салафитского и суфийского учений посещают различные мечети. Омар Алдамов — пожилой человек с золотистой бородой, уже пятый год является имамом дуисской мечети. Он говорит, что постоянно призывает молодежь не попадаться на крючок и не уезжать в Сирию. Он считает, что одним из выходов является правильное изучение ислама:

«Ислам не учит убивать. Нигде не написано – иди и убей кого-то. И к тому же где? В Сирии. Если нужно родину защищать – то это долг, и религиозный тоже, но в Сирии-то что им нужно?»

 В ожидании спортивного зала 

Если обратиться к цифрам, то можно предположить, что вербовщикам «Исламского государства» в Панкиси удалась головокружительная карьера. Хотя причина не только в их умении рекрутировать. У них в ущелье прекрасные союзники – бедность, безработица, безнадежность, и проявляется это тут на каждом шагу.

Старейшины Панкиси бьют тревогу и требуют у государства принять конкретные меры:

«Мы – представители Союза старейшин, встречаемся с молодежью и объясняем, что это не наша война, но этого недостаточно. Они должны видеть перспективу. Трудоустройте нашу молодежь, чтобы выкинули из головы Сирию», — говорит представитель Союза старейшин Панкиси Заур Гумашвили.

Однозначно, старшее поколение Панкиси устало от такой «популярности» ущелья и плохой репутации.

В ущелье нет ни работы, ни развлечений.

У разрушенного здания с сохранившейся вывеской «Кафе» пасутся коровы.

В ущелье функционирует всего один спортивный зал. Раньше там был местный базар. Сейчас тренируются борцы.

Молодежь говорит, что больше всего в ущелье им нужен именно спортивный зал.

«На всех встречах с представителями власти мы ставим вопрос о спортивном зале. Годы прошли, но мы так и не удостоились нового зала», — говорит Рубен Борчашвили из села Джоколо.

Единственное развлечение – интернет, которым панкисцы пользуются для связи с остальным миром.

В Панкиси популярен Whatsapp, посредством которого наряду с другой информацией распространяются видеосъемки с исламских сайтов с призывами полевых командиров или кадрами их сражений.

Мы спросили нескольких молодых людей, где и каким они видят свое будущее через пять или десять лет. У большинства ответа на этот вопрос нет. Многие сказали, что поедут в Чечню в поисках работы; некоторые мечтают о работе в Европе.

«Когда учишься в школе, ничего не заботит, но потом после окончания — что делать? Или в другую страну уезжать, или в пастухи идти. В Сирию уехать легче всего. Все стремятся уехать отсюда», — говорит Борчашвили.

Тина Алханашвили не знает, что потерял в Сирии ее сын-одиннадцатиклассник и почему предпочел отъезд на чужбину. Сейчас он далеко, а мать привыкает к жизни без него:

«Редко с ним связываюсь, говорит, что занят. По Whatsapp связывается иногда. В последний раз написал, что у него все хорошо, чтобы не нервничала, что находится не там, где война, работает. Видимо, старается меня успокоить».

05


Читайте также