Общество часто осуждает жертв, государство им не помогает и редко наказывает насильников. Журналисты и общественные организации пытаются изменить ситуацию" />

Сексуальное насилие в Армении. О тех, кто преодолел табу и заговорил об этом

Общество часто осуждает жертв, государство им не помогает и редко наказывает насильников. Журналисты и общественные организации пытаются изменить ситуацию

sexual assault, children, spouses, criminal law

Сексуальное насилие – табуированная тема

Последние два месяца в армянском обществе активно обсуждается тема сексуального насилия.

Сначала внимание пользователей интернета к существованию этого явления в Армении привлекла Эва из Чехии. Она рассказала о том, как ее изнасиловали в одной из областей Армении, а также о реакции общества на произошедшее, а точнее, о ее полном отсутствии.

«Я сопротивлялась, пиналась, кричала, но он сунул руку мне в рот и стал душить. Потом ему удалось снять с меня нижнее белье. Он схватил меня за горло и душил меня. До этого мне казалось, что у меня достаточно сил и я смогу сбежать. Но когда я поняла, что задыхаюсь, я осознала, что он просто может меня убить – именно так, и никто не придет мне на помощь», — рассказала Эва.

Насильник был осужден на три года заключения.

Демографический кризис в Армении: причины и возможные выходы

Сексуальное просвещение в Грузии – закрытая и опасная тема

Когда началось обсуждение этой истории, блогер и журналист Люси Кочарян в Facebook запустила кампанию с хештэгом #голос_насилия. Она опубликовала несколько анонимных писем людей, которые ей прислали те, кто пережил сексуальное насилие. Через несколько часов число писем с историями достигло уже двухсот. Тогда она открыла специальную страничку «Голос насилия», на которой любой может анонимно рассказать свою историю.

«Мне было лет пять-шесть, у нас была игровая комната, мы часто там играли с сестрами. Мой двоюродный брат, который был на 10 лет старше меня, пришел к нам в гости, уложил меня в одежде, при этом очень крепко держал меня и неприятно терся об меня, делал какие-то движения, я чувствовала, как он прижимал ко мне “что-то твердое”. Это было ужасно неприятно, но у меня не получалось освободиться… Только после свадьбы я поняла, что это было… Интересно, что я не знала, что это было, но и не решилась никому рассказать об этом, даже маме…», — рассказывает одна из анонимных жертв.

Многим эти истории казались невероятными, потому что в большинстве случаев насильниками были члены семьи – дед, дядя, двоюродный брат. Кроме того, часто речь шла о насилии над детьми. Недоверие вызывал еще и тот факт, что публикации были анонимными.

Истории из судебной практики

Пока в сети обсуждали правдоподобность анонимных историй и отказывались верить в их реальность, журналист Геворг Тосунян решил перевести этот эмоциональный разговор в сферу фактов. Он опубликовал настоящие истории из судебных дел:

«После нашумевших публикаций журналистки Люси Кочарян в обществе, в том числе и среди моих друзей, я заметил справедливое недоверие к этому явлению. А я неоднократно сталкивался с ним, изучал его и убедился, что оно существует и в довольно опасной форме. Одновременно я замечал, что публикации на страницах Люси Кочарян в каком-то смысле преувеличены и искусственны.

Несколько дней я следил за обсуждениями в сети и заметил, что многие довольно разумные люди не верят им и убеждаются, что это явление в нашем обществе раздувается искусственно. Тогда я решил представить людям настоящие истории. Мне не потребовалось много времени на поиски, так как в прошлом я сталкивался с подобными судебными делами. У меня была одна цель – с помощью авторитетного медийного издания, в данном случае “СивилНет”, представить реальные факты».

Вот описание одного из судебных дел, опубликованных Геворгом:

«В 2008 году Артур и его друг выпивали в его доме. Когда водка кончилась, он отправил свою дочь Анаит за водкой. Она отказалась, так как было уже темно. Отец начал материться и бить дочь, потом, угрожая ножом, заставил пройти в спальню.

Артур повел дочь в комнату и изнасиловал. Другая дочь это слышала, но побоялась вмешаться. Через несколько минут Анаит вышла из дома, ей встретились двое молодых людей на машине. Они предложили подвезти ее в Ереван. Один из них изнасиловал ее в машине.

Сестра Анаит после изнасилования зашла в комнату, увидела состояние комнаты, поняла, что сделал отец, и решила покончить с собой, выпив восемь таблеток из лекарств матери. Друг ее отца заметил это и отвез ее в больницу, где ей оказали помощь и спасли.

Насильник осужден на четыре года заключения. Сейчас он уже на свободе».

Геворг уверен, что людям нужно дать информацию о ситуации в стране:

«Как бы мы не закрывали глаза на эту проблему, она сама не исчезнет. При этом я специально акцентировал внимание на судебной практике. Я описывал не явление, а выделил судебные приговоры, которые достаточно мягки по отношению к насильникам. Я заметил, что с этой точки зрения я добился своей цели, люди уже выражали несогласие с этим явлением».

Почему жертвы молчат

Психолог Ануш Алексанян уверена, что люди, подвергавшиеся сексуальному насилию, предпочитают молчать об этом, потому что боятся реакции общества:

«В обществе нет правильного отношения к людям, подвергшимся насилию, нет поддержки. Поэтому они просто предпочитают молчать или говорить на условиях анонимности. У нас нет также культуры обсуждения таких тем», — говорит психолог и напоминает историю об изнасиловании школьницы, которая произошла несколько лет назад. Девочка не смогла вернуться в школу – такое сложилось к ней отношение после обсуждений.

Ануш Алексанян считает большой проблемой то, что общество часто оправдывает насильника и обвиняет жертву.

Психолог объясняет, люди молчат о насилии по отношению к себе из чувства вины – неизбежного последствия насилия. Ведь они также являются носителями стереотипов своего общества и часто разделают мнение других о том, что имеют долю вины в произошедшем.

Жертвам сексуального насилия некуда обратиться

Проблемами людей, подвергшихся сексуальному насилию, государство не занимается. Они касаются государства, только когда на их основании возбуждаются уголовные дела. Участие государства ограничивается наказанием насильника.

За помощью пережившие сексуальное насилие могут обратиться только в одну общественную организацию – «Кризисный центр сексуального насилия». С начала этого года специалисты центра уже оказали содействие жертвам 10 случаев сексуального насилия, в восьми случаях речь шла о детях.

За помощью сюда в основном обращаются из столицы, однако это не значит, что в областях меньше насилия. Просто в регионах стереотипы, о которых говорилось выше, еще сильнее.

Статистика

По официальным данным, в Армении ежегодно регистрируются 150-160 случаев насилия, большая часть жертв – несовершеннолетние.

Но в стране нет единой базы регистрации случаев сексуального насилия, различаются также методики сбора и обработки информации. Поэтому данные разных ведомств несколько отличаются.

По данным следственного комитета, в 2016 году следователи структуры изучили 88 уголовных дел, касающихся сексуального насилия против детей, в 2017 году – 88, в 2018 – 76. В качестве подозреваемых или обвиняемых — 301 человек, из которых 170 были родственниками, членами семьи или соседями жертв.

Полиция предоставляет другие данные: в 2016 году – 81 случай, в 2017-м – 77, в 2018-м – 50.

«Коалиция против насилия в отношении женщин» попыталась самостоятельно собрать и классифицировать случаи последних лет.

Согласно данным коалиции, большинство жертв сексуального насилия в Армении – дети.

В 2016 году из 160 человек, признанных жертвами сексуального насилия, 115 были детьми от пяти до 17 лет.

В 2017 году потерпевшими были признаны 164 человека, 113 из них – дети.

Жертвы сексуального насилия игнорируются

Уже год, как бесплатными услугами общественных защитников могут пользоваться и жертвы домашнего насилия. Однако этот институт не действует в случае жертв сексуального насилия.

Этим людям не предоставляются юридические или социально-психологические консультации.

Исследования «Кризисного центра сексуального насилия» показывают, что уголовные дела по случаям сексуального насилия часто закрываются. Причем около 40 процентов прекращаются на начальном этапе расследования и не попадают в суд.

По уголовному кодексу за сексуальное насилие не предполагается наказания вовсе, если насильник – законный муж.  

Исследование законодательства Армении с точки зрения конвенции Совета Европы «О предотвращении насилия в отношении женщин, семейного насилия и борьбе против них» вскрывает ряд серьезных пробелов.

В частности, хотя конвенция строго запрещает использование «традиционных оправданий для насильников», тем не менее армянское законодательство предусматривает смягчающие обстоятельства. И здесь опять идет речь о «провокационном поведении жертвы» (статья 62 уголовного кодекса).

По данным того же исследования, в правоохранительные органы обращаются только 6,8 процента женщин, подвергавшихся сексуальному насилию. И это с их стороны — попытка избежать порицания общества.


Читайте также