В Баку удачно адаптировали итальянский обычай" />

Подвешенная еда

В Баку удачно адаптировали итальянский обычай

В бакинский ресторан «Анадолу» свободно впускают посетителей без денег. Даже если по внешнему виду гостя можно догадаться, что он нищенствует, официант проводит его к столику и обслужит так же вежливо, как и остальных. 

 

 

Эти чудеса — акция под названием «подвешенный кофе». Посетители ресторана, заказывая еду, заодно платят еще за одно блюдо, то есть, «подвешивают» его, и оно достается неимущему гостю.

«Подвешенный кофе» — неаполитанский обычай. Там принято платить за вторую чашку кофе, оставляя ее незнакомцу. Изначально это было просто социальной игрой, способом анонимно подбодрить тех, кто сегодня без денег и без настроения.

Потом «подвешенный кофе» эволюционировал в более фундаментальный вид благотворительности: по всему миру люди «подвешивают» не только целые обеды в ресторанах, но и лекарства для бедняков, или детские книги.
Как рассказывает директор «Анадолу», Фикрет Халилов, ресторан (существующий, кстати, уже более 20 лет) и раньше помогал бедным: «Мы никогда этого не афишировали, но нуждающиеся знали: они могут прийти в ресторан и получить хоть какую-то еду, или доняр, или тарелку супа».

 

 

Но еще перед второй волной девальвации маната в конце 2015 года Фикрет бей заметил, что благотворительность дается ресторану все труднее — стало меньше посетителей, а значит, меньше прибыли. «И тогда я обратился через фейсбук к общественности. Я объявил, что в ресторане начинает действовать акция «Подвешенный кофе». У нас можно подвесить не только чашку кофе или чай, а любое блюдо, или просто оставить деньги — тогда получатель сам решит, что заказать».

 

 

Для прозрачности всем «подвесившим» выдается квитанция, в которой указана сумма, кроме того, перед рестораном висит доска, на которой каждый день обновляется список пожертвовавших суммы и воспользовавшихся ими. Суммы разные: от пары долларов до 100 и больше.

 

 

В момент начала кампании у нее, как ни странно, нашлось немало противников. Если их аргументы резюмировать, получится несколько типовых комментариев:

«А как узнать, что человек — нищий?»
«А как бедняки узнают про все это, у них же нет интернета!»
«Да он просто хочет увеличить продажи, заказывать-то этот кофе вы будете по той цене, что в меню»
«Лучше купите продукты и отдайте бедным»
«Какой нищий пойдет в «Анадолу»?

Азербайджанские пользователи соцсетей так рьяно сопротивлялись акции, что в медиа даже появилось несколько статей, в которых журналисты пытались урезонить циников.

 

 

Акция оказалась успешной: «подвешенная» сумма сегодня даже превышает ту, что в ресторане тратят на благотворительность. Теперь «Анадолу» может приглашать целые группы – к примеру, детей из детдомов, которым предоставляется полноценное меню, а не просто тарелка супа.

Пример «Анадолу» заразил и товарищей по отрасли: например, в кондитерской Bon appetit в утренние часы каждый пенсионер может бесплатно получить булочку на завтрак.

 

 

Дело в том, что размеры пенсии в Азербайджане варьируются примерно от 100 долларов до 200. Чтобы дать представление об этих суммах: около ста долларов стоит билет на самолет из Баку в Тбилиси, или месяц обучения на курсах языка, или два визита к стоматологу (если у вас кариес). Поэтому пенсионеры, если только их не содержат дети, по умолчанию являются неимущими.

Добрая воля коммерческих организаций — это верхушка айсберга. Основной поток «благотворительных» денег и усилий — все-таки в соцсетях, и он складывается из множества маленьких частных инициатив.

Активист Парвина Гулиева много лет занимается проблемами неимущих. Она создала в фейсбук группу «Накорми одну семью» и призывает тех, кто может купить продукты или приготовить пару лишних порций обеда, поделиться с бедняками.

 

 

Это сработало, во многом, потому, что люди чувствуют «насущность» помощи: отдавая деньги, ты можешь сомневаться, на что их будут тратить, другое дело — еда. Дарители – не самая богатая прослойка населения. Об этом можно судить по комментариям в группе: «У нас самих сегодня и завтра может быть еда, а послезавтра уже нет, но я все равно приготовила пару лишних порций плова».

Обычное для Баку дело — аукционы и благотворительные распродажи. Например, в начале февраля прошла выставка рукоделия под названием «История любви». «Все сборы от нашей выставки будут пожертвованы на лечение двухлетнего Шамилова Мурада, больного лейкозом», — говорит организатор, Элла Багирова.

 

 

Особую популярность в период кризиса приобрели в социальных сетях и группы с завлекательным названием «Отдам даром/Приму в дар», «Бесплатная взаимопомощь» и т.д. На известном бакинском форуме disput.az даже был создан специальный файл «Бесплатная взаимопомощь диспутчан», в котором указывается ник пользователя и то, чем он может помочь другим — например, помощь в подключении компьютеров, İT-сфере, услуги электрика, водителя, ремонт бытовой техники, консультация врача и многое другое. А в рубрике «Делюсь добротой» – помощь по дому, помощь пожилым людям, а также – что весьма ценно – «Если кому одиноко, могу выслушать, посочувствовать и дать совет».

Вся благотворительная деятельность в Азербайджане зависит исключительно от личной воли и наличия свободных средств и времени у простых граждан. Никакому государственному регулированию эта деятельность не подчиняется. Единственная возможная форма организации благотворительной деятельности – это сообщества, чаще в социальных сетях, и волонтерские движения.

Поскольку нет законодательной базы, невозможна и официальная регистрация благотворительных организаций, а ведь это сделало бы работу более организованной и стабильной. Правда, еще в 2013 году парламентский комитет по социальной политике собирался представить в Милли Меджлис (парламент) законопроект о благотворительности и спонсорстве, как сообщал зампредседатель комитета Муса Гулиев, но потом об этом благополучно забыли.

Сабина Кулиева – волонтер и много лет занимается благотворительностью. Она успела изучить все аспекты этого нелегкого дела.

 

 

По ее словам, в Азербайджане нет зарегистрированных благотворительных организаций, кроме Фонда Гейдара Алиева. Да и, строго говоря, согласно официальной информации, деятельность и цели Фонда очень разнообразны: «содействие реализации широкомасштабных программ и проектов, служащих делу процветания Азербайджана и повышению благосостояния народа путем использования богатого наследия общенационального лидера Гейдара Алиева, разработка и претворение в жизнь программы и проекты в сфере науки, образования, культуры, здравоохранения, спорта и экологии», а также, среди всего прочего, «способствование решению локальных социальных проблем, оказание помощи людям, нуждающимся в особой заботе».

 

 

Как говорит Сабина ханум, благотворительные акции Фонда, относящиеся к конкретным людям, происходят в том случае, если налицо действительно критическая ситуация. Так было, к примеру, с помощью в лечении Имрана Джафарзаде, мальчика, чуть не лишившегося обеих ног во время отдыха в летнем бассейне, или с лечением онкологического больного Заура Рашидова, группа помощи которому в социальных сетях насчитывала не один десяток тысяч человек. Оба случая были в центре внимания общественности. Если Фонд берется помогать — в этом случае они берут на себя все расходы. «Но за помощью к ним приходится долго и упорно, иногда безрезультатно стучаться», — говорит Сабина Кулиева.

 

 

Самой большой проблемой в деле благотворительности Сабина считает отсутствие приютов. К примеру, волонтерам приходилось находить на улице пожилых людей с потерей памяти, которые даже не могут вспомнить свое имя. Иногда их приходится отправлять в Психоневрологический диспансер в поселке Маштаги, недалеко от Баку. Но в отделении геронтологии этого диспансера предусмотрены места только для шестидесяти человек, в то время как сейчас в нем обитает 86. Очень мало заведений, где действительно могут помочь.

 

 

Изредка бездомных удается пристроить в Приют Святой Терезы при Католической церкви. В этом приюте бесплатно оказывают самую необходимую медицинскую помощь, можно получить еду, искупаться, постирать вещи, но и это заведение может вместить только 20-25 человек.

Что касается детей, то, по словам Сабины Кулиевой, ситуация здесь немного лучше, но это касается только Баку. После того, как столичные интернаты и детские дома отдали Министерству Образования, стало лучше: «Мы раньше собирали одежду для детей из детских домов, но теперь приезжаем и видим, что особой нужды в этом нет, необходимое дети получают. Они, конечно, любят поесть, но не набрасываются на еду. Чего не сказать о регионах. Мы ездили в детский дом в Гейчайском районе, так там дети буквально выламывали двери и сносили столы с едой и игрушками». В районах детские дома и интернаты все еще находятся в ведении местных органов Исполнительной Власти — видимо, это и есть причина их бедственного состояния.

Юридическое основание для своей деятельности Сабина пыталась получить неоднократно: «Я трижды обращалась в Министерство Юстиции, чтобы зарегистрировать НПО. Но всякий раз мне отказывали под несуразными предлогами: один раз сказали, что название совпадает с названием другой организации, в другой раз им не понравилось, что нотариальная контора, где мы заверяли документы, находилась в другом районе города. Так ничего и не вышло».


Читайте также