Посадить за наркотики – удобный способ расправиться с оппонентами " />

Наркополитика в Грузии – отказ от репрессий?

Посадить за наркотики – удобный способ расправиться с оппонентами

В Тбилиси прошла одна из самых крупных акций протеста за последние годы – на проспекте Руставели собрались тысячи людей в знак протеста против наркополитики властей Грузии.

“Что же еще должно случиться?” — под таким лозунгом прошла акция, причиной которой послужило задержание двоих молодых людей.

Членов рэп-дуэта “Биржа-мафия”задержали за то, что у них нашли два грамма клубного наркотика MDMA. Однако сами рэперы утверждали, что их задержали из-за видеоклипа, не понравившегося полицейским. В итоге рэперов отпустили под солидный залог.

В Грузии власть часто обвиняют в том, что она использует жесткую наркополитику как оружие расправы с оппонентами и просто “неудобными” людьми.

Дело группы “Биржа-мафия” – не единственное, связанное с наркотиками, вызвавшее вопросы как у обычных граждан, так и у неправительственных организаций и наблюдателей.

На улицах Тбилиси часто можно увидеть надпись на стенах “Мама, ты осталась одна, но что мне делать?”

Эта фраза – из предсмертной записки 22-летнего Демура Стуруа из села Дапнари в Западной Грузии, которую он оставил матери перед тем, как покончить с собой.

В записке Демур утверждал, что местный полицейский Годердзи Тевзадзе регулярно применял к нему силу и угрожал “сшить” против него дело, если он не назовет имена тех, кто выращивал в селе марихуану. Экспертиза установила, что до самоубийства Стуруа был избит. Полицейский не был наказан – суд счел его невиновным.

Акция протеста против ареста музыкантов и репрессивной наркополитики в Тбилиси, 10 июня 2017 года. Фото: Леван Микадзе, JAMnews

Протесты в обществе вызвала смерть 56-летнего Левана Абзианидзе в июне 2015 года. Его нашли мертвым в одном из скверов Кутаиси. Как выяснилось, незадолго до смерти он находился на принудительном наркотестировании в отделении полиции. Семья Абзианидзе утверждает, что его заставили выпить несколько таблеток мочегонного средства, что вызвало у него резкое падение давления. Следы мочегонных средств в организме нашла и государственная экспертиза.

В связи с этим случаем также никто не был наказан. По сей день неизвестны результаты расследования, которое по этому делу начала прокуратура.

«Случаи Стуруа и Абзианидзе — прямое следствие репрессивной наркополитики. Особенно хорошо это видно из дела Стуруа, где человека довели до самоубийства. А человек, которого он назвал в своем письме, до сих пор не наказан», — говорит журналист, главный редактор грузинской версии журнала «Форбс» Шота Дигмелашвили. По его словам, такие факты не являются единичными и зачастую имеют фатальные последствия.

 

 

Почему нынешнюю наркополитику в Грузии считают репрессивной?

Вопросы, связанные с наркотиками, – пока еще табуированная тема в обществе, чреватая серьезными проблемами, из-за чего в открытую говорить о ней многие избегают. Из-за этого сложнее установить точное количество наркозависимых.

По данным неправительственной организации «Бемони», в Грузии 49 700 потребителей инъекционных наркотиков. Однако специалисты говорят, что на самом деле их количество гораздо больше, к тому же эти данные не учитывают тех, кто потребляет наркотики другого типа, либо потребляет лишь время от времени.

Согласно отчету Совета Европы за 2015 год, практически каждый третий заключенный Грузии отбывает наказание за преступление, связанное с наркотиками.

Уголовный кодекс предусматривает четырех- или семилетнее заключение за приобретение и хранение наркотиков. За хранение наркотиков в больших количествах – от восьми до двадцати лет либо пожизненное заключение. Четкий критерий дозы, от которой зависит тяжесть наказания, определен только в отношении марихуаны. А, например, за полграмма кокаина или грамм экстази можно сесть на 20 лет.

Несмотря на жесткое законодательство, факт, что угроза тюрьмой не решает проблему. Согласно исследованию организации «Центр изучения и мониторинга прав человека», после выхода из тюрьмы 89 процентов наркозависимых снова возвращаются к наркотикам, а остальные – в течение одиннадцати месяцев.

Также выясняется, что государству дороже обходится содержать заключенного, чем оплачивать ему программу замещающей терапии (когда наркозависимым дают метадон либо другой препарат для снятия «ломки»): по информации министерства по исполнению наказаний и пробации, содержать одного заключенного стоит 31,2 лари (около 13 долларов США) в день, а в год –11 417 лари (около 4800 долларов). Всего содержание арестованных по «наркотическим» статьям обходится государству до 40 миллионов лари в год.

В то время, как министерство здравоохранения тратит на лечение от наркозависимости и замещающую терапию 4,1 миллиона лари (около 1,7 миллиона долларов).

Соответственно, государство тратит на наказание потребителей наркотиков в десять раз больше, чем на их лечение.

Акция протеста против ареста музыкантов и репрессивной наркополитики в Тбилиси, 10 июня 2017 года. Фото: Леван Микадзе, JAMnews

Активистку движения «Белый шум», выступающего против репрессивной наркополитики, владелицу одного из тбилисских ночных клубов Кету Габуния полиция задержала а аэропорту, когда она возвращалась из Берлина. После того, как при обыске у нее не нашли наркотиков, ее отвезли в клинику, где сделали томографию.

Закон позволяет сотрудникам правоохранительных органов проводить принудительное наркотестирование граждан на основании «разумного подозрения».

По данным МВД, в 2015 году принудительное наркотестирование (принуждение к сдаче мочи на анализ) было применено к 37 503 гражданам, из них оказались потребителями наркотиков 13 138, то есть 35 процентов прошедших проверку.

Примерно такие же результаты наблюдались в предыдущие годы, от 2102 до 2104 – на десять протестированных в семи случаях «разумное подозрение» полиции оказывалось ошибочным.

Кроме того, что процедура унизительна для граждан, она обходится государству довольно дорого. По данным за 2015 год, на принудительное наркотестирование было потрачено 15 миллионов лари (более шести миллионов долларов). По грубым подсчетам, было проверено около двух тонн мочи. Проверка одного литра обходится в шесть тысяч лари. С 2013 года по первый квартал 2016 года было протестировано 113 тысяч человек – или 3,2 процента всего населения Грузии.

Наркополитика – оружие политического возмездия?

Власти не спешат смягчать законодательство по нескольким причинам, говорит Лексо Мачавариани учредитель движения “Второе июня”, выступающего за декриминализацию марихуаны.

Самой главной причиной он считает то, что представители властей используют наркополитику для сохранения власти и борьбы с оппонентами.

“Ни одно  правительство смогло отказаться от этого законодательства. Большие сроки за небольшие количества (наркотиков), легкость, с которой можно кому-нибудь наркотики “подбросить” – это все хорошее средство борьбы с неугодными. Чтобы не было такого искушения, надо срочно менять законодательство”, — говорит Мачавариани.

“Личный узник Иванишвили (бывший премьер Грузии и миллиардер)”, — так говорит журналистка Элисо Киладзе о своем сыне, задержанном за употребление наркотиков в марте нынешнего года. Она считает, что наркотики ему подбросили полицейские, а настоящей причиной была месть за критические публикации. У сына Киладзе Давида Харшиладзе обнаружили 0,1626 грамма наркотика, содержащего бупренофрин. Это означает, что в случае, если его вина будет доказана, ему придется провести за решеткой от восьми до 20 лет. В связи с делом Харшилазде множество вопросов возникло у общества и у оппозиции.

О репрессивной наркополитике открыто говорит дочь президента Грузии Георгия Маргвелашвили — Анна Маргвелашвили.

Она участвует в каждой акции с требованием либерализации законодательства по борьбе с наркотиками, выступает в телепередачах. Она говорит, что часто “инакомыслящим” просто подбрасывают наркотики. Анна Маргвелашвили утверждает, что именно по политическим мотивам подложили наркотики нескольким ее друзьям – с целью дискредитации семьи президента. (Отношения между президентом Маргвелашвили и правящей партией “Грузинская мечта” напряженные, несмотря на то, что Маргвелашвили в 2013 году выиграл президентские выборы именно качестве кандидата от “Грузинской мечты”. Бывший премьер Иванишвили даже назвал Маргвелашвили “большим разочарованием”).

Седьмого июля суд оправдал друга дочери президента — Михаила Татарашвили, обвинявшегося в хранении большого количества наркотиков.

Наркополитика — деньги в бюджет

По мнению специалистов, еще одна причина, почему власти Грузии противятся либерализации законодательства – финансы. В 2009-2012 годах государство только с административных штрафов получило более 13 миллионов лари (чуть больше 5,5 миллиона долларов). А в 2013-2014 годах – более 11 миллионов (около 4,6 миллиона долларов). Сюда не входят суммы, полученные с обвиняемых в результате процессуальных сделок, – к этой практике особенно часто прибегали во время президентства Михаила Саакашвили.

Акция протеста против ареста музыкантов и репрессивной наркополитики в Тбилиси, 10 июня 2017 года. Фото: Леван Микадзе, JAMnews

Время перемен?

Акция с требованием освобождения членов группы “Биржа-мафия” не была единственной подобной акцией за последние годы.

Сторонники либерализации наркополитики перманентно проводят акции, создают организации, устраивают шумные кампании через соцсети, требуя изменения законодательства.

В этом плане одной из самых активных групп является движение “Белый шум”. Именно оно выступило организатором акции в защиту “Биржи-мафии”, благодаря которой представители власти сменили риторику.

Если до этого власти были против основательного пересмотра законодательства (например, глава парламентского комитета по правам человека Софо Киладзе заявляла, что декриминализация употребления наркотиков угрожает генофонду) и не соглашалась с требованиями оппозиции, то после акции быстро поменяла позицию.

Премьер-министр Георгий Квирикашвили в своем обращении призвал парламент к либерализации наркополитики. С такой же инициативой выступил вице-премьер Кахи Каладзе (В Грузии в конце октября пройдут выборы с местные органы власти — JAMnews).

Кроме общих слов в программе правящей партии и личного мнения нескольких ее представителей, до этого власти никогда публично не поддерживали либерализацию наркополитики.

Вслед за членами правительства мнение изменили и депутаты. По словам вице-спикера Георгия Вольского, пакет законопроектов о долгосрочном реформировании наркополитики будет представлен депутатам к осенней сессии. А 16 июня депутаты поддержали законопроект, разработанный министерством юстиции, согласно которому высушенная марихуана в количестве 70 граммов и сырая в количестве 140 граммов считаются небольшим количеством, за приобретение и хранение которого полагается только административное наказание.

Однако насколько реально повлияет смягчившийся тон властей на законодательство или это только предвыборный ход, пока не понятно.

Активист “Белого шума” Бека Цикаришвили считает, что скандал вокруг “Биржи-Мафии” ускорил процесс либерализации. Вместе с представителями других НПО он сам участвовал в подготовке законопроекта, который правительство представит парламенту осенью. Цикаришвили говорит, что в случае, если проект будет поддержан, наркополитика в стране поменяется радикально. Что, в первую очередь, означает перенос акцента с наказания на лечение.

Все три оппозиционные партии в парламенте Грузии – «Национальное движение», «Европейская Грузия» (две части разделившейся бывшей правящей партии, во время правления которой наркополитика также была очень жесткой) и «Альянс патриотов» соглашаются с необходимостью срочной либерализации наркополитики. Так как действующее законодательство, с одной стороны, унизительно для граждан и предусматривает неадекватно тяжелое наказание, а с другой – часто применяется для расправы с политическими оппонентами. В «Европейской Грузии» в качестве примера приводят дело депутата Тенгиза Гунавы. Сразу же после смены власти в 2012 году он был задержан по обвинению в приобретении и хранении наркотиков. Позже суд признал его невиновным, а из МВД из-за этого факта были уволены пятеро сотрудников.

Еще более радикальна в своих требованиях политическая партия «Гирчи». В партии считают, что употребление всех наркотиков срочно должно быть декриминализовано, а марихуана – легализована. В «Гирчи» думают, что это принесет стране даже большую экономическую выгоду. В качестве примера они приводят Португалию, где все наркотики были декриминализованы с 2001 года.

В результате – в два раза сократилось число наркозависимых, намного реже стало случаев смерти от передозировки, стало меньше больных СПИДом и улучшилась криминальная статистика.

Большая часть грузинских экспертов и наркологов поддерживает политику либерализации. Однако среди них бывают и исключения – нарколог Гела Лежава говорит, что если государство параллельно не начнет щедрое финансирование программ по замещающей терапии и помощи наркозависимым, то в результате либерализации их число может вырасти. Лежава считает, что более эффективным было бы создание для потребителей наркотиков «некомфортной среды», включая высокие штрафы, установление контроля над потребителями, краткосрочные задержания.

Директор же НПО «Альтернатива Джорджия» Давид Отиашвили утверждает, что «во всех странах, где произошла либерализация законодательства, а таких примеров множество, нигде не произошло роста потребления наркотиков». По его словам, «декриминализация ни в коем случае не означает поощрение употребления наркотиков, как считают некоторые».

Мнение о необходимости смягчения ориентированной на наказание наркополитики, видимо, разделяет и большая часть общества Грузии. Согласно проведенному организацией «Альтернатива Джорджия» опросу, 69 процентов опрошенных – за декриминализацию марихуаны. 38 процентов же считает, что за курение «травки» не должно быть даже административного наказания. Большинство — 54 процента — уверены, что тюремным заключением не должно наказываться даже употребление инъекционных наркотиков. 70 процентов опрошенных не считают наркозависимых преступниками и согласны с тем, что вместо наказания их нужно лечить.

 

Facebook Comments

Читайте также