Как молдавские товары ищут новые рынки после того, как Россия для них закрыла свой" />

Молдавский экспорт: выгодный запрет

Как молдавские товары ищут новые рынки после того, как Россия для них закрыла свой

Ограничение на импорт продовольствия — привычный аргумент, к которому нередко прибегает Россия в политических спорах с оппонентами. Запрет на ввоз молдавских овощей и фруктов, который действовал в России с 2014 по 2015 год, больно ударил по фермерам, но научил их искать — и находить — более выгодные предложения.

Ziarul de Garda

Эмбарго: как это было

Игорь Иванов — фермер из села Малаешт Оргеевского района Молдовы. Большую часть времени он проводит в своих фруктовых садах — от того, каким будет урожай, зависит многое. Игорь — экспортер; его черешня, сливы, персики, абрикосы и яблоки продаются и в России, и в Европе.

Когда-то молдавские фермеры отправляли свою продукцию только в Россию и казалось, что это — единственный возможный рынок.

“Это казалось нам стабильным и привычным”, — вспоминает Игорь и добавляет, что все поменялось довольно резко.

Летом 2014 года, в самый разгар сбора урожая, Россия сначала ввела эмбарго на молдавские фрукты и овощи, а спустя неделю, первого августа 2014 года, решила ввести таможенные пошлины на импорт товаров из Молдовы.
Тогда и пришлось искать другие рынки — сначала попробовали попытать счастья в Украине, Беларуси и Казахстане.

Игорю удалось завязать сотрудничество с румынским импортерами. Здесь требования к продукции были строже, чем в России, но основные сложности еще только предстояло преодолеть. Требования к сельхозпродукции, отправляемой на экспорт в другие страны ЕС, оказались еще более строгими:

«Например, для обработки растений Европа разрешает только некоторые препараты; обычно они достаточно дорогие, и не каждый производитель готов потратиться”.

Было непросто, но Игорь считает, что, продлись эмбарго дольше, это принесло бы сельскохозяйственной отрасли страны только пользу — в долгосрочном плане.

“Если бы российское эмбарго продлилось два-три года (а оно продлилось с июля 2014 года по февраль 2015 — прим. ред.), наверное, крестьяне вырубили бы все деревья, плоды с которых стало невозможно продавать. Конечно, было бы больно, но постепенно посадили бы новые, более востребованные сорта”, — считает Иванов.

Дубай, Египет, Индия

Бывший министр сельского хозяйства Виталий Горничной сейчас возглавляет компанию Moldova Fruct — это ассоциация фермеров, которая сотрудничает с 180 производителями, экспортерами и обработчиками фруктов. Горинчой рассказал, насколько снизились объемы экспорта после эмбарго:

«В 2013 году мы вывезли в Россию 200 тысяч тонн яблок, а в 2014 году было не более 40-50 тысяч тонн. Остальная продукция попала на другие рынки путем реэкспорта из Молдовы в Беларусь», — говорит экс-министр сельского хозяйства.

Однако не вся молдавская продукция сразу попала на другие рынки. Сотни тонн фруктов и овощей остались на поле. Убытки молдавских экспортеров оцениваются примерно в 145 миллионов долларов.

Но некоторым все же удалось быстро сориентироваться. “Мы стали искать альтернативные рынки, стали засаживать новые яблочные сады, вкладывать в развитие уборочной техники и строительство холодильников”.

«Везти яблоки в Польшу или в Венгрию не имело смысла — там и своих много. Мы пришли с ними в Румынию. Теперь все чаще призывают производителей искать рынки в другом направлении. Речь идет о Дубае, Египте, Индии, которые готовы принять наши фрукты, если мы адаптируем законодательство», — говорит бывший министр сельского хозяйства.

Европа — выгоднее

«Как бы ни старалось правительство и парламентское большинство испортить отношения с Россией – ничего не получается. Цифры говорят сами за себя», — написал недавно президент Молдовы Игорь Додон в своем Фейсбуке. Он уточняет, что из 9,3 тысячи тонн овощей, экспортированных Молдовой в январе-июле 2017 года, 8,18 тысячи тонн отправлены в Россию.

 

Но несмотря на внушительные объемы экспорта в Россию, торговля фруктами и овощами с ЕС приносит больше дохода.

До подписания Соглашения об ассоциации между Молдовой и ЕС, в 2014 году в Россию отправлялось 60-70 процентов от общего объема экспорта молдавских фруктов. Но уже с 2014 года объем экспорта на европейский рынок вырос на 16 процентов.

Торговля фруктами с Россией в 2013 году принесла Молдове 631 миллион долларов. А в прошлом году на экспорте в Россию удалось заработать только 233,17 миллиона долларов. С января по июнь 2017 года на экспорте в ЕС Молдова уже заработала 38,5 миллиона долларов — это больше половины, 51 процент от общего объема экспорта за этот период.

Но, помимо прибыли, важно и то, что выход на европейский рынок означает для Молдовы мощный толчок для развития всей сельскохозяйственной отрасли.

 

Молдавских фермеров, которые вывозят свою продукцию в ЕС, с каждым годом становится все больше, говорит специалист по маркетингу сельскохозяйственной компании Moldova Fruct Вадим Кодряну. 

“Их становится больше, потому что люди постепенно разбивают новые плантации в соответствии с новейшими технологиями и европейскими требованиями; покупают специальные холодильники, оснащают должным образом склады и так далее. Тем самым развивается и модернизируется вся отрасль”.

Глядя на это, говорит Кодряну, вместе с европейцами появляются и другие заинтересованные партнеры.

«Например, заинтересовались импортеры из стран Ближнего Востока, Северной Африки, таких стран Южной Азии, как Бангладеш и Индия. Мы зарегистрировали определенный уровень экспорта на этот рынок и узнали, каковы требования. Мы предприняли значительные усилия совместно с Национальным агентством по безопасности пищевых продуктов, чтобы получить доступ на рынок Индии. Тот же опыт у нас с яблоками в Израиле», — говорит Вадим Кодряну.

“Сейчас в Молдове сезон персиков и слив. В основном их экспортируют на рынки Польши и Румынии, много уходит в Беларусь и в Россию. Некоторые вывозят сливы в Италию через румынских посредников», — рассказывает Кодряну.

«Мы уже превысили пошлины на столовый виноград. С яблоками сложнее, потому что конкуренция на рынке ЕС огромная, сами европейцы производят более четырех миллионов тонн яблок, то есть в десять раз больше, чем ежегодно производит Молдова», — отмечает Кодряну.


Читайте также