Побои, принуждения, давление родственников: что стоит за консервативной и крепкой семьей на российском Северном Кавказе" />

Крепкая кавказская семья: что не так

Побои, принуждения, давление родственников: что стоит за консервативной и крепкой семьей на российском Северном Кавказе

По материалу Соda story

Чиновники и духовные лица утверждают, что семьи на российском Северном Кавказе — эталон крепких и здоровых отношений между супругами. Статистика подтверждает  — разводятся в северокавказских республиках намного реже, чем в других регионах России. В то же время власти закрывают глаза на нарушения прав женщин, чьими интересами часто пренебрегают как мужья, так и их собственные родители, говорят правозащитники

Фото: Ильяс Хаджи

«Посредством судебных разбирательств» унижала мужа 

В 2009 году муж чеченки Шемы Темаговой избил ее лопатой до потери сознания. В качестве наказания суд обязал мужчину выплатить 15 тысяч рублей ($235) штрафа за причинение легкого вреда здоровью. Тимагова подала на развод и добилась раздела имущества: их общий дом был поделен между супругами и женщина с тремя детьми осталась жить в своей половине. Зимой 2010 года бывший муж отключил отопление в части дома Шемы.

• Матери-одиночки в Армении: женщины, которые осмелились нарушить традиции

• За что борются женщины? Азбука феминизма

• Домашнее насилие на Северном Кавказе: традиция выше закона

Женщина была вынуждена обратиться за помощью к чиновникам, после чего ее к бывшему мужу дважды приходил судебный пристав. Разъяренный вмешательством властей, бывший супруг Шемы с криком «Убью тебя» два раза ударил женщину топором по голове.

Шема Темагова несколько часов пролежала на земле, истекая кровью — мужчина не позволил другим членам семьи подходить к ней. Только после того, как он уехал, родные Шемы вызвали врачей. Женщина выжила после нападения, но получила многочисленные повреждения мозга и черепа. 

Судья Ачхой-Мартановского районного суда признал бывшего мужа Темаговой виновным в нападении, однако пришел к выводу, что женщина «посредством судебных разбирательств» продолжала унижать и оскорблять бывшего мужа и что «такое систематическое аморальное поведение жертвы» спровоцировало нападавшего. 

Бывший супруг Шемы был приговорен к девяти месяцам заключения, но вышел на свободу в день вынесения приговора — суд засчитал время проведенное под стражей. А Шеме пришлось уехать из-за травли односельчан. 

В апреле 2019 года комитет ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин впервые признал Россию ответственной за дискриминацию. Поводом стало дело Шемы Тимаговой.

Самые крепкие браки

В 2018 году Северный Кавказ стал регионом с наименьшим количеством разводов. По данным Росстата, в Чечне всего 0,6 разводов на 1000 человек, в Ингушетии и Дагестане — 0,8 разводов и 1,5 разводов соответственно. Общий коэффициент разводов по Северному Кавказу в прошлом году составил 2,1 на 1000 жителей. По России в среднем этот показатель составляет 3,9.

По словам Евгении Величкиной, возглавляющей махачкалинский центр защиты материнства и детства «Теплый дом на горе», статистика учитывает далеко не все разводы: «Просто здесь стараются скрывать некрасивые факты. На Северном Кавказе тоже довольно часто распадаются семьи. Просто иногда люди молча разъезжаются и живут своей жизнью по-тихому».

Величкина говорит, что немаловажный фактор, который не учитывается в статистике, — исламские браки, которые нигде не регистрируются, а значит и разводы таких семей не фиксируются. 

«У нас [в приюте для женщин] очень много подопечных, которые приходят и говорят: «Мы с мужем не регистрировали брак в загсе». Такая женщина не имеет никаких прав на имущество и юридически она никак не защищена. Это типичная ситуация, здесь таких много», — говорит Величкина. 

Дети — отцам

На Северном Кавказе дети после развода родителей часто остаются с отцом или его родственниками, причем повлиять на это иногда не может даже суд. Так произошло, например, в случае Лейлы Муружевой из Москвы. Женщина несколько лет пытается отстоять право на воспитание своего сына. В 2014 году она развелась с мужем. По решению суда ее дети должны были жить с ней, но вместо этого они несколько лет оставались в Ингушетии у родственников отца. При этом сам мужчина живет в Москве и работает в правоохранительных органах. 

Чеченка Элита Магомадова также боролась за право жить и воспитывать собственного сына, однако родственники мужа не отдали ей ребенка даже после того, как отец мальчика погиб в автомобильной аварии. Судебные приставы в Чечне не смогли найти мальчика, поскольку его бабушка, по словам Элиты, постоянно переезжает от родственников к родственникам. Элита Магомадова обратилась в Европейский суд по правам человека.  

Юристы «Правовой инициативы по России» направили в ЕСПЧ не менее семи жалоб жительниц Северного Кавказа, которые оказались фактически лишены родительских прав. Комментируя одну из жалоб, российские чиновники объяснили, что суды Чеченской республики придают «особое значение происхождению ребенка, его мусульманскому вероисповеданию и традициям чеченского народа», а значит «при распаде чеченской семьи ребенок, по общему правилу, воспитывается в семье отца».

Желание женщин сохранить собственных детей часто удерживает их от развода. Многие терпят и появление в семье второй жены и даже побои мужа. 

«У мужчин и женщин есть соответствующие обязанности»

Немаловажную роль в исламских республиках Северного Кавказа играют религиозные деятели, некоторые из которых имеют право заключать и расторгать исламские браки. О ценности семьи, так или иначе, говорит каждый из них. Исламский богослов и суфийский шейх из Дагестана Саид-афанди Чиркейский, погибший в результате подрыва смертницы в августе 2012 года, отмечал, что женщина должна знать свое место, а мужчина обязан содержать жену и детей: «У мужчин и женщин есть соответствующие обязанности, женщине нельзя вести себя как вздумается, она должна слушаться мужа. И у мужа есть соответствующие рамки, за которые он не имеет право выходить, например, мучить женщину, избивать, оставлять голодной и тому подобное».

По словам сотрудницы психологического центра «Женская инициатива» в Ингушетии Аси Гагиевой, на Северном Кавказе активно транслируется образ мужчины-защитника, добытчика, кормильца и морального наставника семьи. На деле же в республике много пар, в которых работает только жена, при этом домашние обязанности и воспитание детей также ложатся на ее плечи, но это не вызывает общественного порицания. 

«Количество таких семей говорит скорее о норме. Как моральный наставник мужчина отец может вести развратный образ жизни, пить, курить, употреблять наркотики, быть жестоким и невменяемым без каких-то ограничений», — говорит психолог.

В центр реабилитации для женщин в Махачкале за два года работы обратились десятки женщин, многие из них были вынуждены сбежать от побоев супруга вместе с детьми. «Многие стараются терпеть мужа и потому, что у них просто нет средств к существованию. Здесь меньше работающих женщин, чем вообще в стране. Многим [из наших подопечных] мужья запрещают работать, некоторым — родители, — объясняет глава приюта для женщин Евгения Величкина. — Мужчина может ей изменять, может ее бить, а женщина задается вопросом: «Куда мне идти и кому я нужна?».


Читайте также