Главные проблемы – неадекватная реакция учителей и недоверие детей к взрослым " />

Буллинг в школах Грузии: когда нельзя быть непохожим на других

Главные проблемы – неадекватная реакция учителей и недоверие детей к взрослым

Чаще всего дети травят тех, кто отличается от них, причем неважно по какому признаку. Ребенок может подвергнуться буллингу из-за его этноса, состояния здоровья, сексуальных предпочтений, «неправильных» взглядов. Учителя и руководство школ зачастую не только не реагируют, но и провоцируют агрессию, дети недостаточно доверяют взрослым, чтобы вовремя обратиться за помощью, а у государства пока нет эффективного механизма реагирования на проблему.  

Девочка, которую травили за взгляды ее мамы

Эленико Гогохия было восемь лет, когда она сказала маме, что больше не хочет ходить в школу. Мать довольно быстро догадалась, что ее дочь в классе травят.

«Она часто говорила, что не хочет в свой класс, не хочет ходить в школу, что никто не хочет с ней дружить, что над ней смеются», — говорит мама девочки Нанука Тевзадзе.

Нанука и Эленико. Фото: Нино Меманишвили, JAMnews

Как оказалось, вокруг Эленико создалась атмосфера нетерпимости из-за того, что ее мать — активист и защищает права ЛГБТ-сообщества. Травлю девочки поддерживали не только дети, но и родители, и даже учителя. Нанука уже много лет занимается общественной деятельностью и рассказывает дочери о том, что все люди равны. Она также считает, что школьникам необходимо сексуальное образование. Эти идеи не разделяют родители одноклассников Эленико.

«Я спросила дочь, почему они так поступают. Они ей говорили — твоя мама писала такие вещи, которые наши мамы не пишут. Одноклассникам не нравилась девочка, которая отличалась от сверстников», — говорит Нанука.

Что такое буллинг

Департамент здравоохранения и социальной защиты США определяет буллинг как многократно повторяющуюся форму насилия. Существует четыре типа буллинга: вербальный — когда жертве говорят неприятные для нее вещи, социальный — когда группа намеренно ведет себя так, чтобы причинить жертве страдания (например, бойкот), физический — избиения и прочие физические издевательства и кибербуллинг — травля в интернете. Все они сочетают разные методы запугивания и давления.

Буллинг травмирует не только жертв, но и агрессоров, и свидетелей травли.

 Насилие в школах Грузии. Где выход? Отвечают психологи, педагоги и эксперты

Как становятся самоубийцами в Азербайджане

• «Хочу, чтобы мама была моим другом». Исследование UNICEF отношений между родителями и подростками в Грузии

Жертвы буллинга страдают от чувства постоянной тревоги, от горя и одиночества, у них нарушаются аппетит и сон, и это не может не сказываться на состоянии их физического и психического здоровья и, как следствие, на успеваемости в школе.

«Травля моей дочери исходила не от детей — в возрасте семи-восьми лет ребенок не знает, за что именно можно кого-то травить. Зачастую родители неосознанно или сознательно транслируют своим детям установки, которые те копируют”,  — считает Нанико Тевзадзе.

Эленико говорит, что не только она, но и ее одноклассник, ребенок с ограниченными возможностями, также подвергался травле. Одноклассники с ними не дружили и постоянно высмеивали.

Эленико сменила школу, новые одноклассники ее не травят. Но говорит, что здесь травят ее новую одноклассницу.

«Одна из моих одноклассниц – девочка другой национальности. Над ней смеются и не хотят с ней дружить. Так же, как со мной в старом классе. Я знаю, что это такое, и стараюсь ее защитить», — говорит Эленико.

Нанука понимает, что нельзя дать стопроцентных гарантий того, что ее дочь не станет объектом травли в каких-то других обстоятельствах, но считает, что если правильно воспитает дочь, она сможет защитить себя.

Виновата школа?

Когда восьмилетний ребенок становится жертвой издевательств, то школа обязана реагировать, считает психолог Майя Цирамуа.

«Когда взгляды и деятельность родителей непопулярны в определенной части общества и становятся причиной агрессии, школа должна вмешаться, чтобы защитить ученика», — говорит психолог.

Мариам, мать 13-летнего Луки Саканделидзе, обвиняет в инициировании травли администрацию школы.

«Классный руководитель призвала учеников снимать на телефоны, как Лука себя ведет, а затем показать своим родителям. Таким образом они настроили против него родителей», — говорит Мариам.

Дело в том, что Лука — ребенок с особыми потребностями. Он гиперактивен, ему трудно концентрироваться на уроке и контролировать эмоции.

Еще в первом классе одноклассники начали бить его, за этим последовали психологическая травля и буллинг через соцсети.

Лука сменил уже пять школ. Два месяца он учится в школе, где его никто не обижает. Но Мариам опасается, что он все-таки не защищен от издевательств:

«Смена школ не решает проблему. Нужен комплексный подход, нужна работа с другими учениками, их родителями и учителями. Пока к делу не подключатся психологи и специалисты по поведению, ничего не выйдет. Ни учителя, ни директора школ не имеют соответствующей квалификации”.

О нехватке квалифицированных кадров говорят и в неправительственной организации “Институт коммуникации без насилия”, которая уже много лет занимается проблемой буллинга.

Фото: JAMnews

В государственных и частных школах эта организация провела специальные исследования  на тему издевательств, а также тренинги для учителей, родителей и учеников в нескольких школах.

Буллинг возникает в тех случаях, когда какой-то ребенок чем-то отличается от группы, говорит руководитель организации Тамаз Ахобадзе:

«Наши исследования показали, что учитель вместо того, чтобы пресечь травлю, фактически катализирует ее тем, что не обращает внимания на поведение детей, а иногда и сочувственно комментирует. Иногда учителя называют это баловством или шуткой, но это ошибка. Учителя считают, что их главная цель — сохранять спокойствие в классе».

В данный момент самая большая проблема, связанная с буллингом – это травля по причине гомофобии. Наиболее распространен буллинг в 7-9 классах, считает Ахобадзе:

«Если в школе ребенок дает понять или вызывает подозрения, что он гей, то именно такие дети становятся жертвами. Эта группа в обществе и так преследуется, а в школе это проявляется еще больше”.

Также, по словам Тамаза Ахобадзе, жертвами травли зачастую становятся представители этнических и религиозных меньшинств:

“Дети переносят в свою повседневность то, что видят вокруг. Это не столько их проблема, сколько проблема общества, так как большая часть школьников воспитываются в атмосфере насилия».

Фото: JAMnews

Что делает государство?

Министерство образования и науки не сотрудничает с НПО “Институт коммуникации без насилия”, несмотря на то, что организация предлагает бесплатные и эффективные услуги по борьбе с буллингом. Сейчас организация занимается пилотными проектами в школах, руководство которых соглашается сотрудничать.

Единственная государственная служба, которая по закону обязана реагировать на подобные случаи – служба школьных приставов (мандатури) при министерстве образования.

Кибербуллинг — наиболее часто встречающийся в последние годы в школах вид травли, говорит психолог Теона Читашвили из психологического центра службы приставов. 

Приставы обязаны реагировать на такие случаи и сообщать о них в службу психологов, уверена она. Однако из 2083 школ Грузии приставы обслуживают всего 500. Можно сказать, что министерство образования на самом деле не имеет представления о настоящих масштабах проблемы.

Тем не менее улучшения в последнее время налицо — родители, учителя и школьники стали лучше понимать суть проблемы и идентифицировать буллинг, говорит Теона Читашвили,

Дети не доверяют взрослым

Проблему буллинга усложняет то, считает психолог Майя Цирамуа, что такие факты трудно вовремя выявить. Часто сотрудники школы не знают, что такое буллинг, родителям также трудно его распознать. Жертвы в основном предпочитают хранить молчание, но в этом виноваты не они, а общество.

«Дети боятся рассказать, что их травят, им стыдно. Особенно, если общество требует от них быть сильными, “крутыми”, никому не давать себя в обиду. Второй фактор — это чувство безнадежности. Многие дети уверены, что им все равно никто не может помочь», — говорит  Майя Цирамуа.

По мнению психолога, взрослые должны адекватно и серьезно относится к проблемам детей.

«Незначительная вещь с точки зрения взрослых может стать большой трагедией для ребенка. Поэтому, когда ребенок не уверен, что его поддержат, он молчит. Иногда он не доверяет взрослым и не верит, что секреты, которые он доверил взрослому, будут защищены».

По ее словам, это касается и родителей тех, кто сам осуществляет насилие. Иногда дети это делают ради собственного спасения, ради социализации или самоутверждения.

Специалисты считают, что для улучшения ситуации нужно информировать общество об этой проблеме, а в школах должны активнее выявлять случаи травли и реагировать на них.

При поддержке «Медиасети»

Читайте также