Кто виноват и что делать - что говорят по этому поводу чиновники и водители" />

Алкоголь, скорость, коррупция — о причинах пугающей статистики аварий на дорогах в Абхазии

Кто виноват и что делать - что говорят по этому поводу чиновники и водители

Дорожно-транспортные происшествия с трагическим исходом в Абхазии происходят с такой регулярностью, что ситуацию на дорогах и число погибших и травмированных людей многие здесь сравнивают уже с военным временем.

Кто виноват и что делать? Эти два вопроса мы задали чиновникам и водителям.

Пять главных событий 2018 года в Абхазии

Чем курорты Абхазии отпугнули российских туристов

Новейшая статистика — с января по октябрь 2018 года:

• 120 дорожно-транспортных происшествий,

• 42 человека погибли,

• 174 получили тяжелые травмы,

• составлены 44 тысячи 379 протоколов о нарушениях во время вождения машины.

Статистика за более длительный период – с 1994 года:

• В результате аварий погибли 1,437 человек,

• Получили травмы и ранения – 5,537.

Эти цифры прозвучат еще трагичнее, если сравнить их с числом населения — в Абхазии, по официальным данным, живут в целом около 250 тысяч человек, причем сесть за руль хотя бы теоретически могут только около 130 тысяч.

Самой громкой аварией последнего времени стала гибель премьер-министра Геннадия Гагулия 8 сентября 2018 года. Машина, в которой он был, столкнулась с автомобилем ВАЗ под управлением 22-летнего Хаджарата Тарсмана.

Т

имуру Чанба 26 лет, он психолог по образованию, работает на трех работах – и передвигается на инвалидной коляске.

«Меня сбила машина, когда мне было еще 11 лет. Я возвращался домой из школы. Нетрезвый водитель ехал на большой скорости и сбил меня», – говорит Тимур.

Он тогда провел в коме 21 день, а после еще долго не мог разговаривать.

Каждые полгода ему нужно выезжать из республики и проходить очередной курс лечения в России.

Почему не удается снизить количество аварий

Снова статистика – на этот раз сравнительная:

• На дорогах в Швеции гибнут 2,8 человека на 100 тысяч населения,

• В Великобритании – 2,9,

• В США – 10,6.

• В России — 19 человек на 100 тысяч населения.

• В Абхазии — от 27 до 33 человек.

Долго искать объяснения критической ситуации не нужно – и власти, и милиция, и общество говорят об одном и том же: абсолютное большинство водителей игнорируют правила дорожного движения, и очень многие остаются безнаказанными.

Наш собеседник, один из сотрудников абхазской дорожной инспекции, считает, что причин сложившейся ситуации три — алкоголь, скорость и коррупция.

Алкоголь, скорость, нарушения правил

«Помню, было около двух ночи, в машине играла музыка, я ехал из Гагры, мне нужно было рано утром быть уже в Сухуме. Я не помню, как это произошло, но я уснул. Просто уснул за рулем. Потерял управление и въехал в машину на встречке.

Все это я узнал уже в больнице. Помню, как сказал отцу, что если кого-то убил, то больше не хочу жить. Отец тогда не признался, что в той машине погиб водитель», — рассказывает Алан.

В 2018 году он вышел на свободу после семи лет колонии. Как жить дальше, Алан пока не думает. Все, что у него есть, — только верные друзья и очень изменившиеся на жизнь взгляды.

«Я бы сказал, что водителей, которые не нарушают правила дорожного движения, у нас просто нет, и большинство делают это почти в непрерывном режиме, — сказал JAMnews сотрудник ГАИ (предложил не называть его по имени). — Уровень обучения в автошколах не выдерживает никакой критики. За шесть месяцев 2018 года из 1,020 экзаменуемых сдали экзамены лишь 356 человек».

Коррупция

Коррупция в связи с дорожным движением в Абхазии – отдельная тема, которая состоит из нескольких компонентов.

Один из них — возможность купить водительские права за деньги. И зачастую отсутствие возможности получить права бесплатно.

Амине (имя изменено) 29 лет. Два года назад девушка решила получить права. Как полагается, она прошла обучение в автошколе. Но на самом главном для водителя — практическом — экзамене новичка открыто завалили.

«Я решила не сдаваться, и пришла еще раз. Инструктор снова валил, и так еще два раза подряд. Я спросила, в чем дело, и зачем он открыто мешает мне сдать экзамен. Он сразу назвал сумму. Платить я, кстати, не стала, вот и прав у меня до сих пор нет», — говорит девушка.

Другая проблема коррумпированного подхода — в Абхазии крайне редко проходят судебные процессы над виновниками аварий, в которых погибли или пострадали люди.

Вместо этого стороны обычно просто договариваются между собой. Родственникам пострадавших или погибших выплачивают какую-то сумму, и уголовные дела не возбуждаются. А если нет заявления – то нет и жертвы.

И третья проблема, связанная с коррупцией в отношении дорожного движения, — «неприкасаемые люди». Это чиновники всех рангов и депутаты – и, исходя из менталитета общества, члены их семей. А также это просто люди «со связями».

Всем им легко удается избежать наказания за нарушения.

Эти и другие компоненты коррумпированного подхода сформировали в обществе восприятие безнаказанности и вседозволенности как нормы.

«У нас на работе был парень, который насмерть сбил человека, но следствие даже не начали — он сумел как-то договориться обо всем с родственниками погибшего. Он всем с гордостью рассказывал эту историю.

Мне кажется, пока каждый виновный не будет наказан вне зависимости от своих дипломатических и финансовых возможностей — человеческая жизнь на дороге ничего не стоит, и потенциальные убийцы это понимают», — говорит водитель с 30-летним стажем Адгур.

Что делать?

У сотрудников дорожной инспекции (ГАИ) есть свой рецепт, как лечить эту болезнь. Они уповают на современные технологии.

«Если контроль за водителями будут вести камеры на дорогах и автоматические системы – наказание для водителей станет неотвратимым и коррупция в ГАИ буквально сама сойдет на нет», — считает сотрудник ГАИ.

С помощью автоматизации удастся справиться и с «неприкасаемыми», говорит он:

«Все, включая чиновников и влиятельных людей, попадут на запись камеры. И все будут вынуждены оплачивать штрафы или идти под суд, так как с роботом договориться нельзя».

По мнению тех сотрудников ГАИ, с кем говорил JAMnews, необходимо установить камеры хотя бы на основной трассе – из России до пропускного пункта на границе с Грузией на реке Ингур [административная граница с Абхазией в терминологии официального Тбилиси — JAMnews].

Тогда освободившиеся сотрудники ГАИ смогут более качественно контролировать дороги в городах и районах.

«За 30 лет на дорогах я пока ни разу не попадал в аварии. Мне не кажется это везением, это большой и упорный труд», — говорит водитель Адгур.

«Вообще, в Абхазии не попадать в аварии почти невозможно. Если не ты — то тебя. Может, главное, о чем мы забыли — это то, что нас мало. На месте пешехода или водителя может оказаться каждый, или ребенок каждого.

Иногда мне кажется, наша дорожная безалаберность неизлечима. Но потом я вспоминаю, что в критической ситуации мы всегда брались за ум. Сейчас именно тот случай».

Термины, топонимы, мнения и идеи, предложенные автором публикации, являются ее/его собственными и не обязательно совпадают с мнениями и идеями JAMnews или его отдельных сотрудников. JAMnews оставляет за собой право удалять те комментарии к публикациям, которые будут расценены как оскорбительные, угрожающие, призывающие к насилию или этически неприемлемые по другим причинам
Facebook Comments

Читайте также