На заработки в Россию – десятки лет продолжается эта традиция, которая оставляет одинокими жен, а дети растут, почти не видя отцов" />

Эти села в Армении живут без мужчин с весны до зимы

На заработки в Россию – десятки лет продолжается эта традиция, которая оставляет одинокими жен, а дети растут, почти не видя отцов

Отъезд – пусть даже в долг

В селах северной части Армении начинается сезон отъезда на заработки. Около 90 процентов мужчин уезжают на семь-восемь месяцев в Россию на заработки, оставляя заботу о семье на женщин.

«Через четыре дня уезжаю в Читу, Красноярск. Даже денег на билет нет, возьму в долг и отправлюсь, заработаю – пришлю, наши вернут. Я поеду на автобусе, не стану тратиться на самолет. Вернусь в конце ноября», — говорит Мгер Григорян, который уже 16 лет ездит на заработки в Россию.

44-летний Мгер живет в 100 километрах от Еревана – в селе Гехасар Лорийской области. Он говорит, что едет не один, с ним и другие жители села. Большая часть мужчин выезжает – надо содержать семью:

«Я участник карабахской войны. В 1994 году был ранен в голову, я инвалид третьей группы, не могу долго находиться на солнце, но все равно еду на заработки каждый год. Очень хотелось бы быть рядом с семьей, но работы нет. Я работал на строительстве в Ереване за пять тысяч драмов [около $10] в день, но этого недостаточно».   

В Гехасаре 932 жителя. Традиционно здесь занимаются земледелием. Но изношенность и отсутствие техники со временем многих заставили отказаться от обработки земли.

37-летний Андраник Торосян уже 17 лет выезжает из страны на заработки. С сожалением говорит, что не видел, как росли в эти годы двое его сыновей – их первые шаги, первые слова.

«Я не заметил, как дети стали моего роста. Они сами, наверно, так и не поняли, что значит иметь отца. Пять месяцев дома, семь – в отъезде. Хотел взять кредит, завести небольшую ферму, но денег не дали. Сказали, нет кредитной истории. А я хотел начать дело, чтобы отказаться от выездов. Теперь придется сновать ехать.

В России тоже все изменилось. Сейчас там много таджиков, работа стала дешевле, и нам платят меньше. В среднем 40-50 тысяч рублей [около $690-760]. Нам остается чистыми 35 тысяч. Но бывает, что и не платят месяцами», — говорит Андраник.

Магазин в центре Гехасара лучше всего отражает уровень жизни местных. Продавец Сейран Петросян говорит, что часами никто может не заходить, а те, что приходят, в основном берут продукты в долг. Показывает несколько тетрадей с записями долгов. Зеленым цветом он зачеркивает имена тех, кто уже за все расплатился.  

«В основном платят в дни, когда получают пенсии и пособия. Бывает, не отдают, пока мужчины не вернутся. А ведь некоторые приезжают ни с чем. И уже непонятно, когда они смогут заплатить. В таких случаях кое-как покупают дрова и муку на зиму – и все.

В советские годы люди тоже уезжали, но не так массово, как сейчас. Люди работали на заводах в соседних городах – в Ванадзоре и Спитаке, а теперь им некуда податься», — говорит Сейран.

Медсестра Гехасара Дустрик Григорян рассказывает, что дети даже заболевают от того, что скучают по отцам, у них поднимается температура:  

«Месяцами не видят отцов, это для них стресс. Говорят: «Папа уехал, я скучаю». А женщины задыхаются под бременем забот. Если приедете к нам в сезон покоса и увидите наших невесток – ужаснетесь. Они превращаются в мужчин».

Женщины Гехасара уже много лет не рады весне  мужья уезжают. Но в то же время понимают, что иначе им не прожить. Приходится довольствоваться тем, что теперь могут связываться с ними, благодаря современным видам связи.

«Хорошо, что есть вайбер, скайп – хоть какое-то общение с семьей. Женщины этого села – героини. Траву косят, картошку раскапывают, дрова колют. Есть участки, куда тракторы не могут добраться, чтобы косить траву. Приходится женщинам справляться с этой работой – тяжелой косой. Неженское это дело, от этого и тысячи болезней», — рассказывает 62-летняя Айкуш Оганесян.

Она уже 43 года преподает русский язык в сельской школе. Говорит, что гехасарские мальчики сразу после школы отправляются в армию, а из армии на заработки. Возвращаются – тоже с разными болезнями из-за тяжелой работы:

«Вот опять наступил период отъездов. Муж уже уехал, сына проводим в ближайшие пару дней. Зарплаты – моей и невестки – не хватит ни на что. Она тоже работает в школе. Мужчины уезжают, и все заботы остаются на нас. Все лето делаем заготовки и запасы на зиму – пока мужчины вернутся».

В соседнем селе

Рядом с Гехасаром находится село Ширакамут, откуда люди также массово уезжают на заработки. Сельский староста Ашот Ераносян говорит, что в последнее время 300 человек из 1800 жителей Ширакамута уехали в Россию на постоянное жительство.

«Земля здесь людей не кормит. Дело в том, что по сравнению с другими деревнями региона, в Ширакамуте мало земель. Здесь невыгодно также разводить скот, потому что пастбищ тоже мало и находятся они далеко – на возвышенностях. Потому многие вынужденно выезжают на заработки или уезжают навсегда», — рассказывает он.

В советские годы здесь действовала швейная фабрика, где работали 250 человек. Сегодня на той же фабрике заняты только 17 человек. А на заводе по производству запчастей к лифтам работало 230 человек, сейчас он совсем не действует.

Библиотекарь Ширакамута Тереза Гамбарян говорит, что на днях проводила мужа и сына в Самару. Они уехали работать на строительстве.

«Село оживает к Новому году – в это время приезжают мужчины. Вся деревня живет за счет иностранных заработков. Но это не жизнь. Иногда бывает приезжают с пустыми руками – людям не платят, задерживают выплаты или отдают не все, что было обещано», — рассказывает Тереза.

Староста Ширакамута Ашот Ераносян говорит, что в прошлом процветающее село разрушилось во время землетрясения и так и не смогло оправиться.

Эпицентр

Ширакамут и Гехасар находятся в эпицентре разрушительного землетрясения 1988 года. Оно сравняло оба села с землей. В Гехасаре погибли 150, а в Ширакамуте – 300 человек.

В течение лет села частично восстановились, но все еще есть люди, которые продолжают жить во времянках. В Гехасаре 30 семей живут в домах-вагончиках, в Ширакамуте – 40.

Последняя надежда

Жители деревень надеются, что новые власти Армении, наконец, займутся их проблемами. Тут постоянно следят за тем, что обсуждают в правительстве.

«Премьер хорошо говорит: оставайтесь, работайте в своей стране. Но тогда надо, чтобы платили хотя бы 10 тысяч [около $ 20] в день! А так невозможно жить. Но я верю, новые все-таки смогут изменить ситуацию в стране», — говорит Мгер Григорян.

Андраник Торосян снова припоминает, что ему не дали кредит:

«Премьер призывает, чтобы мы сами создавали рабочие места, придумывали что-то новое. Вот я хочу открыть ферму. Почему мне тогда не дают кредит? Теперь мне придется уехать. Но я надеюсь, что все будет хорошо. Пока рано судить, одного года недостаточно, чтобы оценить новую власть».

Жители сел недовольны своей жизнью, но сами себя обнадеживают.

«Мы и раньше жаловались, но никто нас не слышал. Теперь по-другому. Мы верим. Отчего не поверить? Конечно, за год ничего не могло измениться. 30 лет страну грабили и разрушали. Разве можно ожидать быстрых перемен? Есть надежда. Вот нам, педагогам, уже обещали повысить зарплаты с сентября», — говорит Айкуш Оганесян.


Читайте также