В Азербайджане только один детский приют" />

На всех места не хватит

В Азербайджане только один детский приют

Истории

Десятилетний Миша, живой и круглощекий, совсем не похож на ребенка из приюта для бездомных детей и жертв насилия. Тем не менее, ему уже приходилось и попрошайничать, и воровать. Как-то отчим наказал мальчика: запер в холодном подвале, где он отморозил себе ноги. «Родители» обратились в больницу слишком поздно, и все пальцы на ногах пришлось ампутировать. Неравнодушные люди позвонили в приют, и мальчика после больницы забрали.

У пятилетней Нигяр есть мать, но настоящее имя этой женщины не известно никому, даже ей самой. Когда подошло время родов, она пришла в больницу и назвалась вымышленным именем. Родив ребенка, она ушла. Позже выяснилось, что у матери шизофрения и раздвоение личности. Она содержится в специализированном учреждении в Гейчайском районе, и скорее всего, не выйдет из него никогда.

Маленького Ахмеда показывали по телевидению, чтобы найти его родителей. Выяснилось, что мать подбросила его под дверь любовнику. Несмотря на то, что фактически мальчик не имел к ним никакого отношения, семья любовника содержала его какое-то время, а потом он попал на телевидение, а после – в приют. Мать так и не объявилась.

Пятилетняя Эльмира сутки напролет попрошайничала на улице, чтобы собрать на бутылку водки матери и ее собутыльникам. Когда нужная сумма не набиралась, ее били, подвергали сексуальному насилию, а один из сожителей матери прижигал ей ножку сигаретами. В приют Эльмиру привели работники полиции.

Первые десять дней девочка почти все время спала, три месяца, не снимая, носила шапку, надвинутую на глаза. Когда в приют пришла ее мать в сопровождении трех мужчин, у девочки началась истерика, она кричала и просила не отдавать ее им. Мать принесла с собой пакет со сладостями, но он простоял у дверей неделю, к нему никто так и не притронулся, даже дети.

Заместитель председателя общественного объединения «Азербайджан Ушаглары» («Дети Азербайджана») Аида Алиева говорит: «Я сожалею, что в отношении таких родителей у государства очень мягкая политика, у нас никого не лишают родительских прав».

 

 

 

Приют

Приют при «Азербайджан Ушаглары» был основан в 2006 году. Председатель НПО – Кямаля Агазаде, уже много лет работает с бездомными детьми. В приюте любой ребенок, который нуждается в помощи, может получить кров, еду и медицинскую помощь. Однако, чаще всего детей приводит полиция или представители исполнительной власти.

Главная проблема приюта – это отсутствие стабильного финансирования. До 2014 года организация получала гранты, но потом поток зарубежных грантов в страну был перекрыт, и теперь им приходится справляться самим — на пожертвования добровольцев. Государственную поддержку также получить невозможно, так как законодательством деятельность приютов никак не регулируется. У единственного в стране детского приюта нет даже банковского счета. Все, кто здесь работает — волонтеры, потому что на зарплату для персонала денег не остается. Даже за аренду руководство приюта платит из своего кармана.

«К нам часто приходят из Исполнительной Власти, — говорит Аида ханум, — но они ничем не могут нам помочь. Мы обращались во многие организации за финансированием, просили подключить нас к каким-нибудь спонсорским программам, но безрезультатно. У нас не такое уж большое помещение, мы не можем разместить много народу, поэтому просили представителей ИВ хотя бы выделить нам место».

 

 

 

Кризис

Здание приюта – это арендованный небольшой особняк в одном из микрорайонов Баку. Содержатся в нем не только дети, но часто и матери, оказавшиеся по разным причинам на улице, жертвы насилия или те, кто дожидается решения суда по бракоразводному процессу и которым негде жить. В двух спальнях может разместиться в общей сложности не более 20-25 человек, а на настоящий момент их более тридцати.

У организации есть еще множество «подопечных» — неимущие семьи, которым нечего есть, дети, нуждающиеся в операциях и лечении, которое они не могут оплатить. «Наш сотрудник, на добровольной основе, безо всякой оплаты, ходит с нуждающимися в операции неимущими людьми к врачам, уговаривая их провести лечение бесплатно или за минимальную стоимость. Официально же медицина у нас бесплатная», — рассказывает Аида Алиева.
Вдобавок ко всем проблемам, экономический кризис резко сократил число пожертвований. «Особенно много приносили на праздники, жертвенное мясо с Гурбан Байрама, продукты на другие праздники. Могли собраться несколько человек, скинуться по 100 манатов и купить продуктов на все эти деньги. Сейчас такого уже нет, поступлений очень мало», — говорит Аида ханум.

 

 

Как должно быть?

Государство должно обеспечивать убежище детям в «спорные» моменты их жизни. Например, по словам Мехрибан Зейналовой, председателя общественного объединения помощи женщинам «Чистый мир», если семья находится в состоянии развода (идет бракоразводный процесс), то тяжелым становится положение не только женщины, которой часто просто негде жить, и она вынуждена находиться в одной квартире с мужем (нередко подвергаясь психологическому насилию), но и ребенка, особенно, когда «семейное» дело выходит за рамки гражданского кодекса и граничит с уголовным. Однако, в Азербайджане не работает тандем работников правоохранительных органов и социальных служб, которые могли бы информировать о проблемных семьях. В случае с мальчиком Мишей нашлись неравнодушные люди, которые приняли участие в его судьбе и связались с приютом. А если таких людей не найдется?

Другая проблема – это необходимость профессиональной психологической помощи ребенку в любой сложной ситуации – начиная от развода родителей, заканчивая бродяжничеством и попрошайничеством.
По словам Талии Ибрагимовой, начальника правового отдела Комитета про проблемам женщин, семьи и детей, у нас в городе и регионах существуют Центры поддержки семьи и детей, работники которых должны встречаться с членами семей, вести беседы, оказывать психологическую поддержку. Но никому не известно, делают ли они что-то на самом деле.

 

 

Опубликовано 17.03.2016


Читайте также