Суд над жрецом священного Тюльпанового дерева может стать началом большого протеста" />

Молебен черкесов и абхазов стал политической акцией из-за действий российской полиции

Суд над жрецом священного Тюльпанового дерева может стать началом большого протеста

Вся эта бурная история началась в маленьком поселке Головинка, который находится недалеко от российского причерноморского города Сочи. Этот поселок имеет особое и очень важное значение сразу для нескольких кавказских народов – черкесов, адыгов, шапсугов. Здесь растет священное для всех них Тюльпановое дерево.

Дереву больше двухсот лет. Священным оно считалось всегда, но после развала Советского Союза оно стало для этих народов еще и символом жертв Кавказской войны 1817–1864 годов.

Кавказской войной называют длительную – с 1817 по 1864 годы — военную операцию русской армии, когда шло присоединение к Российской империи горных районов Северного Кавказа. В результате Кавказской войны большая часть черкесов, адыгов и абхазов вынуждена была покинуть родину и переселиться в Турцию. Убыхи, населявшие район Сочи, в результате насильственного переселения на чужбине практически исчез как народ.

Последние 20 лет каждый год 21 мая у Тюльпанового дерева проходит траурный молебен черкесов в память о жертвах Кавказской войны. Тысячи черкесов-адыгов и родственных им абхазов собираются здесь помянуть предков и выразить им свое уважение.

Так было и 21 мая этого года. Но впервые в историю вмешались власти. В их трактовке молебен превратился в несанкционированный митинг. К Тюльпановому дереву прибыл полицейский наряд, который не только разогнал участников молебна, но также арестовал и увез в камеру предварительного заключения старца Руслана Гвашева.

 

Гвашев – лидер народа шапсугов и человек очень известный у черкесов. В этот раз он был избран жрецом траурного молебна, то есть фактическим распорядителем всего мероприятия.

Затем суд Лазаревского района рассмотрел рапорт сочинской полиции и принял решение оштрафовать Руслана Гвашева на 10 тысяч рублей [примерно $175]. А поскольку старец не подчинялся полиции и не хотел идти в камеру, ему также присудили восемь суток ареста.

Правда, суд проявил гуманность и, взяв в расчет инвалидность Гвашева, эти восемь суток тут же и амнистировали и пожилого человека отпустили домой.

 

Но история на этом не только не закончилась – она на этом началась. И приобрела черты детектива.

Р услан Гвашев категорически не согласился с решением суда и пошел на принцип. По российскому законодательству, заявил он, мероприятия религиозного характера не могут считаться митингами и на их проведение не требуется специальных разрешительных документов.

В конце концов дело дошло до того, что 11 сентября он объявил бессрочную голодовку – а в поселке Лазаревском начались многочисленные митинги протеста, на которые в том числе съехались сотни жителей Абхазии.

Пятого октября в Краснодаре, где находится краевой суд, должны были рассмотреть апелляционную жалобу Руслана Гвашева, и его присутствие там было обязательным. Но Гвашев находился уже в таком состоянии, что мог умереть в любую минуту.

Все это время большое внимание к этой истории было в Абхазии. Руслан Гвашев был участником грузино-абхазской войны 1992-93 годов на стороне абхазов и был награжден орденом Леона. У него, помимо российского гражданства, есть и абхазский паспорт.

Президент Абхазии Рауль Хаджимба несколько раз сам созванивался с Гвашевым. Потом отправил к нему своих представителей — советника Владимира Зантария и бывшего вице-президента Валерия Аршбу, чтобы они привезли его в Сухум на лечение.

И пятого октября, когда ситуация стала критической, из Абхазии отправили автомобиль скорой помощи, который должен был транспортировать обессиленного старца в Краснодар. Его погрузили в машину и двинулись.

Но на выезде из Сочи «скорую» остановила группа людей с армейской выправкой, одетых в гражданскую одежду. Несколько часов они настоятельно уговаривали Гвашева покинуть машину и поехать в больницу с ними. Все автомобили, сопровождавшие черкесского старца в Краснодар, были задержаны для проверки документов.

В это время в Краснодаре у здания краевого суда собрались несколько сотен черкесских и абхазских активистов, приехавших туда поддержать Руслана Гвашева.

Разрядило ситуацию объявление о том, что заседание суда переносится на 16 октября. Там же, в «скорой», близкие к Гвашеву люди уговорили его прекратить голодовку, которая продолжалась к тому времени 23 дня.

Ожидать суда и поправлять заметно пошатнувшееся за время акции здоровье Руслан Гвашев будет, скорее всего, в Абхазии, куда его пригласил президент Рауль Хаджимба. Последние дни Гвашев не мог вставать с постели, практически не мог говорить, а врачи диагностировали у него инсульт.

Но теперь спор между старцем и судом – это уже не только его дело. История вылилась в широкую политическую акцию, вышедшую далеко за пределы всего Краснодарского края.

Митинги в поддержку Гвашева прошли в Абхазии и Турции. Во время голодовки к нему домой приезжали многочисленные группы сочувствующих черкесов-адыгов и абхазов. Видеообращение солидарности с Гвашевым и с его борьбой в отстаивании исторической памяти сделал известный российский телеведущий, член Общественной палаты при президенте России Максим Шевченко.

В Абхазии историю с Русланом Гвашевым восприняли очень болезненно. Здесь создана общественная организация в его поддержку. Ее лидер, политолог Давид Дасания публично заявил, что если Гвашев умрет,  Дасания откажется от российского гражданства – и призовет всех адыгов сделать то же самое.

Во всех этих обществах Руслан Гвашев воспринимается как победитель, который сумел дать отпор системе. История, которая началась как рядовое административное дело, стала большой политической акцией сразу в нескольких обществах на Северном Кавказе и в Абхазии.

Термины, топонимы, мнения и идеи, предложенные автором публикации, являются ее/его собственными и не обязательно совпадают с мнениями и идеями JAMnews или его отдельных сотрудников. JAMnews оставляет за собой право удалять те комментарии к публикациям, которые будут расценены как оскорбительные, угрожающие, призывающие к насилию или этически неприемлемые по другим причинам


Читайте также